Автор
Женщина бежит на край Империи, спасая дочь от бывшего мужа. Но он находит их даже в далеком Сагерте. Отчаянная борьба за право материнства, опасные встречи и неожиданная помощь Хранителя Закона переплетаются в судьбе героини, готовой на все ради спасения любимого ребенка.
Как, ну как можно пойти на такое!
— Он сказал, что немедленно обратится к целителю и кисть будет приживлена назад. Карин сказала «нет», но когда спутник алворига Майруса принес из кухни горшок и наколдовал лед…
Обняв себя руками, я тихо спросила:
— Мы можем пойти в магистрат?
— Нет, сейчас нет. Официально мы еще не знаем о том, что их нашли. В десять утра мы должны случайно оказаться подле магистрата.
— Ясно, — кивнула я и пригубила кофе. Он был горьким, невкусным и совершенно неароматным. И почему мне так его хотелось?
— У тебя есть подходящая одежда?
— Да. За ночь приготовлю. Пойдем, я знаю менее экспериментальное заклятье, позволяющее человеку уснуть.
Арлетт засомневалась:
— Разве я не должна поддерживать тебя?
— Тебе стоит поддержать свой организм. — Я покачала головой.
Сопротивлялась она не сильно, правда от помощи заклятья отказалась:
— Мой разум весьма дисциплинирован, я усну сама.
Ее дыхание выровнялось еще до того, как я успела закрыть за собой дверь. Потрясающе. Впрочем, заурядные люди не становятся главами исследовательских лабораторий.
«Хотя, как мне кажется, это первая лаборатория, о которой мне точно известно, что она существует. В Империи никто не спешит работать сообща», — подумала я.
Приготовить одежду не составило труда. Светлая блузка с чуть голубоватым отливом, пурпурная юбка в мелкую складку, поверх нее вторая юбка, темно-синяя, с разрезами от подола до пояса. Две половины второй юбки скреплены между собой цепочками. Пару лет назад в Империи была очень занимательная мода.
На все про все ушло меньше часа. И я, перелив остатки холодного кофе в большую глиняную чашку, одну из двух привезенных мною из столицы Империи, вышла и села на крыльцо. Оперлась спиной о дверь и, медленно отпивая мерзковатую жижу, до рассвета таращилась в небо.
«Выживу, все выдержу и страшно отомщу», — с этой мыслью я поднялась, улыбнулась первым солнечным лучам и вошла в дом. Пора переодеваться, заплетать свои волосы и будить Арлетт.
А, нет, Арлетт будить не надо. Она уже на ногах и даже приготовила что-то съестное.
— Как ты? — спросила она.
— Терпимо.
Помолчав, я добавила:
— Ты должна знать, что если решение будет не в мою пользу… Я не останусь в Кальсторе.
— Для меня это стало очевидным еще вчера. Когда я сказала о потере магии, — Арлетт усмехнулась и подвинула ко мне тарелку с бутербродами, — ты выглядела как человек, для которого эта цена приемлема.
