На высоте миллиардов километров над Землей, сотни парящих гравиплатформ сияют под бескрайним голубым небом. Вокруг нас танцуют облака, переливаясь всеми цветами радуги в предвкушении праздника, когда мы отправимся на межзвездные станции. На больших экранах сияет световое шоу — исторические события человечества и потоки яркого света создают невероятную картины, подчеркивающие величие нашего путешествия в далёкий космос....
– Мы с Таяной сами решим, когда сообщить миру эту новость!
Медик прямо на глазах сник и виновато развел руками:
– Прости, Джар, но информация уже ушла согласно протоколу – это стандартное оповещение специализированных органов. Я понимаю, ты не в курсе, но корпус по защите наследия Ранта ввел обязательный отчет при обнаружении деления. По протоколу корпуса эта проверка входит в программы всех сканеров, как гражданских, так и военных. Ни один ребенок без присмотра не останется.
Меня опять захлестнул леденящий страх, ноги словно примерзли к полу, накатила волна паники, рыдания перехватывали горло.
– Джар…
– Таяна?! – Бокс отлетел в сторону. Джар сел передо мной на корточки. – Родная моя, ты что тут делаешь?
И столько нежности было в его голосе и глазах, столько участия и заботы, что я расплакалась. В следующий миг он перехватил меня под коленями и за спиной, и я взлетела вверх. Обняла его за шею крепко-крепко, уткнулась носом ему в плечо и прохлюпала:
– Мне страшно было, я очнулась, а тебя нет.
– Единственная моя, ласковая моя, такая сильная…
– Прости, Таяна, я отлучился, чтобы Джара позвать, когда узнал, что у тебя деление началось, – повинился Вульчик.
– У нас будет ребенок? – шмыгнула я носом, взглянув в лицо Джару.
Он блаженно улыбнулся, на миг зажмурился и выдохнул счастливо:
– Да, мы станем лате и лама. Я даже не мечтал об этом, радовался, что обрел ри-янту.
Упиваясь счастьем, слушая такого же счастливого, с хмельным восторгом в глазах Джара, я наверняка глупейшим образом улыбалась. Погладила его лицо, а потом снова испугалась, разрыдалась и сквозь слезы пожаловалась:
– Не могу понять, мне бы радоваться, а меня терзает безнадега и непонятная пустота в груди.
– Это откат, – помрачнел Джар.
– Откат?
– Последствия воздействия золотых полярников, – с не меньшим, чем у Рето, энтузиазмом начал пояснять Вульчик. – А ты получила запредельную дозу. Наши после неделю в отключке валяются, а некоторые в открытый космос порой выходили без защиты. А у тебя – одна пустота… Невероятно.
– В космос? – испугалась я.
