В городской улице разлетается шепот: "Там живет мессира Хаоса". Загадочное звучание имени и слухи о необычных мужиках ночью бегущих туда притягивают внимание жителей. Но как бы то ни было, Марита решается узнать правду — а именно кто прячется за этим мессиром.
Отстраняюсь и самостоятельно освобождаюсь от остатков одежды.
Меня трясёт. Хочу её до ярких всполохов перед глазами, но продолжаю сдерживаться, и теперь сам покрываю её шёлковую кожу поцелуями, опускаясь всё ниже. Ощущаю, как она выгибается в моих руках, прижимается, как её дыхание становится всё более судорожным и сладким.
Целую бёдра, дразню, заставляя хныкать.
— Тшшш, Дэниэлла…
Опаляю дыханием самую чувствительную точку, легонько поглаживаю пальцем, она замирает, сжимая маленькими кулачками простынь. Касаюсь языком и осторожно ввожу палец внутрь.
Поглаживаю кончиками пальцев её лоно внутри. Легонько дую на средоточие её чувствительности и снова продолжаю пари́ть языком, хочу свести с ума также, как она сводит с ума меня."
"Она начинает метаться по постели и приходится второй рукой крепко прижать её бёдра, не позволяя отстраниться.
Не могу больше, меня штормит и выкручивает. Накрываю её своим телом, она обвивается вокруг, прижимается, открывается. Вхожу в неё, ощущая внутри волну жара.
— Открой глазки, Дэниэлла… — распахивает. Такая прекрасная, мягкие черты лица ласкает свет луны, — вот так, моя хорошая, смотри на меня.
Окончательно срывает остатки контроля, теряюсь в её взгляде, ощущениях, времени, в пространстве. Волна жара разливается по телу и меня уносит, накрывает эйфорией. Опускаю лоб на её ключицу, пытаясь осознать себя, пока тело продолжает подрагивать от переизбытка ощущений.
Она гладит, запускает тонкие пальчики в мои волосы, нежно проводит ноготками по плечам, заставляя покрыться мурашками, тянется, чтобы коснуться губами уха…
— Я хочу от тебя детей, Рион… очень… перестань контролировать дар и позволь мне зачать.
Кажется я плачу, но плохо осознаю это, впиваюсь в родные губы, прижимаю своим телом, снова и снова схожу с ума от осознания её слов… детей… моих детей… наших!
— Только после свадьбы, моя хорошая, — также шепчу ей на ушко.
— Как скажешь, — в её голосе слышится улыбка.
Дэймэллиан. Даанаполис.
— Ваше сиятельное высочество, вызывали?
Крон. Мой личный советник и единственный, кому я пока ещё доверяю.
