Нина, несмотря на страх перед будущим отчимом и пасынком, решается на первый шаг – покупку современного рюкзака. Но как бы она ни старалась сдержать волнение, кожаный рюкзак всё ещё оставался несмолкающим свидетелем её страха и нерешительности в этой новой жизни.
Но алкоголь расслабил тебя, и ты снова стала моей маленькой девочкой! – от его последних слов, а точнее, от интонации, с которой он их произнёс, у Нины оборвалось сердце. По телу пробежала едва ощутимая дрожь, неся с собой приятную сладость. – Когда нас застукала Елена, я разозлился, но потом понял, что это прекрасный шанс. И самым наглым образом объявил о нашей помолвке, хотя и понимал, что ты будешь сопротивляться до конца. Тогда я придумал поездку в Италию. Я надеялся, что под жарким солнцем Тосканы ты смягчишься, и у меня почти получилось, но я до конца не был уверен.
– Подстроил…
– Да. Мне были нужны твои глаза! Твои эмоции.
– Ты их получил?
– Да.
От нахлынувших чувств Нина прикусила нижнюю губу.
Неужели она раз за разом отталкивала своё счастье, не подозревая, что стоит ей протянуть руку, и она станет самой счастливой женщиной в мире?
– Но почему, Макс? Почему ты мне говоришь об этом сегодня, а, допустим, не вчера, не неделю назад? – её голос дрогнул.
И она шире развела ноги…
– Ты была не готова. Для меня ты до сих пор остаешься загадкой.
– Ты с ним виделся… После встречи в моей квартире, – осенило её.
– Да.
– Макс…
– Мы просто поговорили. И я очень надеюсь, что ты сейчас волнуешься не за него.
На этот раз поцелуй был жестким, более глубоким. Словно Макс наказывал её за пережитое.
– Я никогда не давала повода для ревности.
– Вот и не давай, Нина.
В глазах защипало.
– Макс…
– Я люблю тебя. Услышь меня, женщина! Если тебе не нужна моя любовь, прими то, что я готов дать…
Господи…
– Нужна. Очень. Потому что…
Он тоже замер.
Чуть прищурился.
– Договаривай.
– Я… – Нина закрыла глаза, чтобы тотчас их распахнуть. – Я не знаю, что со мной происходило в последние месяцы.
