Автор
В ней сквозит жалость — как к заблудшей дочке или заботливой подруге. Лицо не выдаётся симпатичным, но по какой-то незнакомой тяжести и хардкору, делает его уникальным и запоминающимся. А её волосы — безумная спутанность под мальчишку стрижки, как будто она сама их укладывала на ветер. Эта девушка выглядит необычайно скромной, но с какой-то особой силой и надрывом, словно её жизнь полна нелепых испытаний....
Поймал себя на мысли, что, если бы кто другой вздумал увиваться за Санни, я порвал бы его на тоненькие шнурки. Но Хью не разобьет ей сердце.
Я легонько погладил стеклянный брелок, прицепленный к карману рубашки изнутри. Ее сердце.
* * *Лето.
Мерлин, никогда меня так не расстраивало наступление лета. Занятия окончены, табели получены, и впереди — три месяца в поместье с родителями. Без Санни. Без Розы. Без оголтелых субботних дебошей. Без гитары. А у меня только-только начало что-то получаться…
В поезде Санни зачем-то затянула «Seawinds».
Поттеры отчаянно хохмили, пытаясь развеять тягостную обстановку в купе. Но их шутки только обостряли ощущение обреченности, и братья в конце концов заткнулись. Джеймсу тоже было фигово: вряд ли у него окажется возможность встречаться с Амандой на каникулах.
Прощание вышло скомканным. Мы разошлись от вагона в разные стороны, не поднимая глаз.
— Тут пять гигов…
Чмокнула в щеку и растворилась в толпе.
В экипаже, раскрыв сверток, я поперхнулся. Это был ее плеер.
Понятия не имею, на фига Санни притащила в Хог эту маггловскую штуковину — в школе неволшебные приспособления не работают.
Как общаться с плеером, я представлял себе очень смутно. Методом «научного тыка» разбирался с ним два дня, все время вспоминая рассказанный Санни анекдот про волшебника в маггловской гостинице: «Телефон, я кушать хочу…»
Помню, как нажал «Play».
