В кабинете Виктора Викторовича зазвонил телефон, прерывая тихий утренний шум. Подняв глаза на часы, майор понимающе улыбнулся: рабочий день почти завершился. Однако даже после трудового дня он не мог исключить срочные дела. Он задумчиво рассматривал холодильник надеждой на приготовленный ужин, если позволит его добраться домой. В трубке раздался знакомый голос — тот самый Кикоть, вызвавший неприятные мысли о неожиданных визитах....
Духи оказались хитрыми, подставляться не желали, но при этом постепенно сокращали расстояние.
А мне реально деваться некуда — вокруг только камни. Даже ложбины или трещины нет. Я еще ближе подтащил к себе тело душмана, прикрылся им, словно щитом. И как раз вовремя — упала граната. Бабахнуло хорошо, больно ударило по ушам.
Я прекратил стрельбу. Подготовил Макаров.
Время замедлилось. Я весь превратился в сгусток мышц и нервов. Предельная концентрация на происходящем. Секунда. Пять. Десять.
И когда из-за камня резко выскочил душман, он не сразу понял, куда я подевался.
Вот только дальше надеяться только на везение было глупо. Сейчас меня задавят числом — тут уже не отстреляться.
— Рус! Мы гранату кидать, твоя дохнуть! Выходи! — раздался голос совсем рядом.
Все, больше тут ничего не предпринять. Я им нужен живым — скорее всего, обиженный американец дал им команду притащить меня живым. Видимо сообразил, что я тоже не так уж и просто. Отправил команду опытных головорезов, да только с тактикой у них не очень. Их обучали, бесспорно, но недостаточно. Обезьяну тоже можно научить стрелять и бросать гранаты, но солдатом, при этом она все равно не станет.
Ситуация накалилась до предела. Мне уже ничего не поможет.
Но вдруг, я услышал знакомый шум, который быстро нарастал.
Черт возьми, так ревет двигатель ЗиЛ-164. Неужели бывшие пленники вернулись?
Я попытался высунуться, но меня тут же загнали обратно. Случайная пуля попала в мягкие ткани голени — я скривился от боли.
А потом справа от меня, раздалась плотная стрельба сразу из нескольких стволов.
Пули защелкали по камням так, что даже я невольно вжался в камни.
Уже через несколько секунд мимо меня пронесся грузовик и судя по звуку, кого-то раздавил.
— Макс, ты там жив? — раздался голос Корнеева.
— Вроде да! — отозвался я, откидывая от себя тело мертвого моджахеда. — Но не уверен.
Кое-как поднявшись, я оперся о камни. Встал. Увидел ЗиЛ, в кузове стояло трое наших. Ко мне уже шел Самарин и Корнеев, оба с оружием.
— Вы зачем вернулись? — хмыкнул я.
— А ты что, хочешь быть тут единственным героем? — усмехнулся Паша.
