Воцерковленный мир после великой трагедии начал медленно восстанавливаться. Лейтенант вернулся на родину - СССР, но ощущение неустановленности и нереальности остается неизгладимым следом прошлого. Воображение расширяется, отражая пережитые страдания в лицах бывших однополчан и новых знакомых, словно проникающих в тайны прошлого через призму времени....
"Лейтенант. Назад в СССР. Книга 8. Часть 1
Глава 1
Живой
Первый том тут: https://author.today/work/358750
* * *В себя я пришел практически сразу, однако лишь на несколько мгновений.
Сознание то включалось урывками, то выключалось вновь, поэтому я видел перед собой лишь какие-то разрозненные неясные картинки, то и дело сменяемые темнотой… В голове все путалось, в ушах звенело, тошнило. Мысли — как вязкий кисель. Переплетались между собой, будто внутри меня что-то сломалось. Я никак не мог сосредоточиться и взять себя в руки — мысли будто куда-то утекали из головы и я с трудом понимал, что происходит.
Разозлился, усилием воли заставил себя взять себя в руки.
Разом ощутил, что все тело отзывалось болью, но вместе с тем, было даже как-то странно — будто бы руки и ноги не совсем мои. Словно резиновые, какие-то чужие.
Я внезапно вспомнил, как меня взрывом выбросило из салона бронетранспортёра — сейчас вокруг были какие-то камни. Сухая пыль, глина. Темнота. Воняло пылью, дымом.
Щека в крови — видимо ударился о камни.
Смотреть на ноги не было ни времени, ни желания — ничего хорошего я там точно не увижу. Однако, нижние конечности я вроде как чувствовал, значит, они на месте — не оторвало при взрыве. При таком экстриме, даже в живых остаться настоящее чудо.
Я внезапно вспомнил, что где-то рядом находятся душманы, совершившие внезапное нападение на наш транспорт. Сколько их там, десять? Двадцать? Оружия при мне не было, улетело куда-то при падении.
Не думаю, что кто-то ещё из наших мог выжить в этой мясорубке — те кто находился в бронетранспортёре, с высокой вероятностью погибли — там почти без вариантов. Конечно, многое зависело от того, чем именно по нам выстрелили… Первая машина осталась где-то позади, уничтоженная взрывом. УАЗ это не БТР, брони нет вообще. Даже очередь из Калашникова — прошьет насквозь.
Да, я уцелел. Возможно, один. Но надолго ли?
В каком я состоянии? Вокруг жестокий враг, которому жалость не ведома в принципе.
Я помню, как наш замполит майор Ветров, ещё в той воинской части, где моим ротным командиром был капитан Воронин, рассказывал, что в плен к духам лучше не попадать. Особенно раненым. Он тогда все очень красочно описал. Да я по другим событиям знал, что победителей не судят.
