Воцерковленный мир после великой трагедии начал медленно восстанавливаться. Лейтенант вернулся на родину - СССР, но ощущение неустановленности и нереальности остается неизгладимым следом прошлого. Воображение расширяется, отражая пережитые страдания в лицах бывших однополчан и новых знакомых, словно проникающих в тайны прошлого через призму времени....
Значит, дело такое… Вертолетом нас подкинут до кишлака Барзак, это считай, почти самый центр республики. Оттуда двинемся на грузовике километров пятнадцать к югу. Местные помогут. Транспорт будет. Смирнов, ты за рулем, насколько дорога будет позволять. А дальше на своих-двоих! Бегать ещё не разучились?
— С этим все в норме! — хмыкнул Шут.
— Так, а задание-то в чем состоит? — уточнил Урду.
— Нужно проникнуть в один из труднодоступных кишлаков и прочесать его на предмет наличия там пленного советского офицера! А если быть точнее, представителя военной контрразведки!
— Оп-па! Серьезно? А чего он там делает? — уточнил Смирнов.
— Этого мне не сообщили, — качнул головой офицер. — Нужно прочесать кишлак, если никого не найдем, выдвигаемся к следующему. Их в том районе три, не считая отдельных мелких поселений. Проблема в том, что местные жители там настроены к советским солдатам либо нейтрально, либо вообще враждебно. Как вы понимаете, никакого содействия там ждать бессмысленно.
Урду и Шут переглянулись. Обычное дело. Вот только искать контрразведчика непонятно где, звучало странно.
— Ну, чего замолчали? — поинтересовался Снегирев. — Не ожидали?
— Мы в таких условиях работаем постоянно! — отозвался Самарин.
— А детали будут? Ну, кого именно ищем. Приметы, звание, имя-отчество.
— По пути объясню… — тот взглянул на часы. — Ещё вопросы?"
"— Командир! А действуем как, скрытно или как получится? — хитро усмехнулся Шут, но Снегирев его понял по-своему.
— Стараемся не привлекать лишнего внимания. Мы разведка, а не штурмовики! Тихо подошли, осмотрели, прощупали, если ничего нет, двинулись дальше.
— То есть, мы теперь что-то вроде спасателей? — небрежно спросил Смирнов. Капитан не ответил.
— А если встретим серьезное сопротивление?
Командир слегка занервничал.
— Все «если» — проверим на месте! Так, все. У вас десять минут на сборы и выходим на шестую площадку, там под нас уже выделили вертолет.
— Зашибись! — кивнул Корнеев. — Люблю, когда все так. Громов бы оценил.
— Командир, а там ничего не слышно, когда нам уже замену дадут?
— Я знаю не больше вашего.
Снегирев потоптался на месте, затем отошёл в сторону — его снаряжение уже было собрано и лежало в стороне — снял с плеча планшет, открыл отсек с картой, ещё раз развернул ее и достал курвиметр. Прямо так, на деревянном ящике начал что-то измерять и делать пометки карандашом.
