Воцерковленный мир после великой трагедии начал медленно восстанавливаться. Лейтенант вернулся на родину - СССР, но ощущение неустановленности и нереальности остается неизгладимым следом прошлого. Воображение расширяется, отражая пережитые страдания в лицах бывших однополчан и новых знакомых, словно проникающих в тайны прошлого через призму времени....
— А чего мы на ночь глядя поперлись? — спросил я капитана. — К чему такая спешка и лишний риск?
— А это не я решил! — офицер снял фляжку с пояса, свернул крышку. Запахло алкоголем, причем странным. Самогонка, что ли?
— Но я тебя хорошо понимаю, так что хочешь, не хочешь, а придется делать, как приказано! Да ты не переживай, я эту дорогу знаю, как свой собственный двор! Все будет нормально!
— Ясно… Справлюсь!
— Вот и молодец! Тогда едем дальше…
Чуйка подозрительно молчала, но предчувствие все равно было какое-то нехорошее.
С какой стати духам атаковать? Границу они пересекают с целью что-то купить или продать, напасть на патруль. Чаще всего, наркота, оружие, патроны. А что может увезти один единственный ГАЗ-69? Ни оружия толком, ни боеприпасов. Да и охраны мало, четыре человека максимум. Угроза минимальна, если напасть спонтанно.
Пока ехали, я прокручивал в голове разные варианты, анализировал, отсекал и продумывал новые. Но время шло, а все было тихо.
Далее дорога начала петлять ещё больше, уходить то вниз, то на подъем. Лосев снизил скорость до сорока километров в час. По-хорошему, свет от фар бы потушить, но как ехать тогда? Слететь с дороги проще простого, неожиданные повороты заставляли быть осторожными. Блин, дурость какая-то, знают же, что ночью здесь ездить нельзя, все равно потребовали ехать сегодня… Для чего? Прощупать, насколько мы можем быть полезными? Но это глупо — Хорев прекрасно знает, на что я способен и через что уже прошел.
На одном из поворотов, на пологом подъёме мы замедлились ещё больше — машина пошла как-то неестественно, очень тяжело. Высунувшись из кузова и склонившись, я услышал шипение. Ну, блин, левое заднее колесо пробили… Шикарно, лучше просто места нельзя было подобрать!
Пару раз хлопнув по крыше кабины, я дал понять Лосеву, что нужно остановиться.
— В чем дело? — спросил водитель, высунув голову.
— Колесо пробили. Нужно менять.
— Падла! — выругался он. — Так… Запаска есть, домкрат тоже в кузове был. Но здесь останавливаться нельзя, место слишком открытое. Нас тут со всех сторон видно. Чуть дальше, за следующим поворотом будет удобный пятачок, скрытый пригорком. Вот там и встанем.
В принципе верное решение.
