В кабинете Виктора Викторовича зазвонил телефон, прерывая тихий утренний шум. Подняв глаза на часы, майор понимающе улыбнулся: рабочий день почти завершился. Однако даже после трудового дня он не мог исключить срочные дела. Он задумчиво рассматривал холодильник надеждой на приготовленный ужин, если позволит его добраться домой. В трубке раздался знакомый голос — тот самый Кикоть, вызвавший неприятные мысли о неожиданных визитах....
Звезд с неба не тянул, но кое-какие секреты у меня были, организм помнил. Главное рассчитать свои силы так, чтобы сохранять хороший темп по времени. Чувствуешь, что можешь еще, постепенно добавляешь, а не можешь — сбавь обороты.
Все участники — парни молодые. Свежая кровь, у каждого сердце будто насос!"
"Восемь километров по форме и в тяжелых сапогах, это вам не плюшки со стола таскать. Такая дистанция серьезная проверка на выносливость. Справились все. Только по времени получалось, что вторая рота пробежала чуть лучше, всего на три с половиной секунды.
Когда мы добежали, Каменев остановил секундомер.
— Ну что, пожалуй, все?! — подошел хитрый Ветров. — Товарищ подполковник, давайте выберем лучших? Мне кажется, вторая рота лучше!
— Товарищ майор, у Осипова неспортивное поведение. Он меня столкнул.
— И меня!
— И меня!
— Победителей не судят!
— Нет, Алексей Семенович, погоди! — улыбнулся Каменев.
— Справедливо! — отметил капитан Воронин и обернулся к Соболеву.
— Согласен!
— Вот вечером и проверим! — подполковник посмотрел на часы. — Уже почти десять, а они еще не завтракали!
Полоса препятствий тоже имелась. Именно на ней мы частенько сдавали нормативы. Да и в свободное время не запрещалось.
Время пролетело быстро. После обеда Петров повел нас на курилку. Сам-то я не курил, но рядом постоять не отказывался. Меня пытались переубедить, но тщетно. Я разом поставил точку.
— Слышь, Громов! — раздалось позади меня.
Обернувшись, я увидел Осипова. Тот стоял с дерзковатой ухмылкой на лице.
— Чего?
— Это ж типа тебе там медаль дали? Хочу предупредить… Если на полосу выберут тебя, не путайся у меня под ногами, понял? А то еще упадешь, ногу сломаешь…
— Чего ты сказал? — взвился Самарин. — Жало прикуси, колхозник!
— Иди отсюда, придурок! — подключился Лаптев.
— Тихо, тихо. Дима, Андрей! С такими как он, нужно иначе! — я демонстративно медленно подошел к Осипову.
