В кабинете Виктора Викторовича зазвонил телефон, прерывая тихий утренний шум. Подняв глаза на часы, майор понимающе улыбнулся: рабочий день почти завершился. Однако даже после трудового дня он не мог исключить срочные дела. Он задумчиво рассматривал холодильник надеждой на приготовленный ужин, если позволит его добраться домой. В трубке раздался знакомый голос — тот самый Кикоть, вызвавший неприятные мысли о неожиданных визитах....
— Прохоров, бери книгу записи больных и дуй в лазарет! Отметку поставь, что Громова выписали.
Пока я шел по практически пустому расположению, увидел Степанкова. Тот был дневальным первой смены — мыл окна.
— Макс, привет! Выздоровел?
— Более-менее. Где рота?
— На марш-броске.
— Опять?
— Ну да. Снова. Кстати, новость слышал? — нахмурился тот.
— Какую?"
"— Вчера вечером замполит на плацу строил весь личный состав. Довел до всех, что на соревнования поедет не первая рота, а сборная команда, собранная из двух рот.
— Да ладно! — выдохнул я. — Как так?
— Не знаю. В штабе что-то там переиграли. Наверное, Каменев передумал.
— И что, какой состав?
— А черт его… Я точно не знаю.
Угу, это не Каменев передумал, а замполит ему в уши воды налил. Мол, Осипов тоже не плохо, чего зря оставлять такого кадра? Пусть будет сборная не из первой роты, а с двух сразу. Все равно за часть сражаются. Видимо, Ветров так сладко пел, что командир повелся и дал добро. А тот и рад, что удалось все-таки нагадить…
— Ясно! — с досадой выдохнул я.
— Ты к ротному?
— Ну… Он у себя?
Колян кивнул и продолжил тряпкой сражаться с предметами жизнедеятельности пауков, что оккупировали пространство в углу самого дальнего подоконника.
Постучался, приоткрыл дверь.
Что-то последнее время я прямо-таки зачастил ходить в ротную канцелярию. Туда даже старшина ходил реже, чем я… Невольно вспомнил о судьбе прапорщика Лось… Эх!
— Разрешите войти, ефрейтор Громов!
В канцелярии сидел наш капитан Воронин и командир второй роты, капитан Соболев.
— А, Громов? Входи!
— Выздоровел?
— Так точно! Пару дней еще сходить на процедуры, и буду как новенький.
— Это хорошо, — тут он вздохнул. — А по поводу твоей вчерашней победы, есть поправки. Подполковник Каменев решил иначе. В общем, поедет не сборная от первой роты, а…
— Я уже в курсе, товарищ капитан!
— Ну и хорошо.
— Но разве это справедливо?
При моих словах капитан Соболев не сдержался и фыркнул.
— Ну а что не так? Ты, хороший солдат… Вон, целый ефрейтор уже! Так и мой Осипов тоже не промах! У него по физической подготовке высший бал. Еще пара-тройка ребят, часть от вашей роты. Вот и готовая сборная. Десять человек, а туда ведь тоже лучшие из лучших приедут. А ну, всех порвем на окружных соревнованиях.
— А все по-честному будет?
— А как же! — удивился Соболев. — Погоди! Ты на что намекаешь, ефрейтор?
— Ни на что, товарищ капитан. Просто спросил.
