В кабинете Виктора Викторовича зазвонил телефон, прерывая тихий утренний шум. Подняв глаза на часы, майор понимающе улыбнулся: рабочий день почти завершился. Однако даже после трудового дня он не мог исключить срочные дела. Он задумчиво рассматривал холодильник надеждой на приготовленный ужин, если позволит его добраться домой. В трубке раздался знакомый голос — тот самый Кикоть, вызвавший неприятные мысли о неожиданных визитах....
— Что-то я тебя не пойму! Откуда столько желчи?
За прошедшие напряженные дни, командир части практически не спал. Лицо осунулось, глаза были красные. Казалось, он резко постарел на пару лет.
— Ну а что? — возразил майор Ветров, суетливо присаживаясь за стол. — Смотрите… Рядовой Громов ослушался приказа, забрал у сослуживца личное оружие и прошу отметить, потерял его! Потратил весь боезапас. Еще, прошу отметить, что он передал командование другому солдату, хотя такими полномочиями его никто не наделял. Это вообще как? Чистое самоуправство! Громов не только подверг свою жизнь опасности, он рисковал и всеми остальными.
— Что ж ты такой кровожадный, майор? — поправил седые усы Каменев.
— Я считаю, что нет. Точнее не так, конечно же, заслужил, ведь он вывел раненых… Но другими своими действиями, он наоборот, все заслуги свел на нет!
Каменев тяжко вздохнул, глядя на своего замполита. Покачал головой. Он знал, что Ветров очень жадный и алчный, когда речь идёт о награждении, если только не его самого.
— Знаешь, наверное, меня скоро снимут с этой должности… — Каменев сменил тему разговора.
— Да ну, товарищ подполковник! — смутился Ветров. — Вас? Не снимут!
— После того что произошло? — тот поднял бровь. — Ну, признавайся, уже придумал, к какой стене стол переставить? Ты офицер проверенный, служишь давно. Да и послужной список у тебя хороший.
Ветров замялся. Конечно же, он об этом думал и уже наводил справки. Вот только ему из штаба четко и ясно намекнули, что подполковничьи погоны майору надевать пока рановато.
— Ладно, ладно. Шучу я! — ответил тот, махнув рукой. — Скажи мне, чем тебе так этот Громов не нравится? Ты ж сам его к нам привез, а теперь нос воротишь. В чем дело?
— Странный он какой-то, дерзкий. Я людей хорошо чувствую, а его вот не пойму. Думаю, что пока еще рано из него народного героя делать. Вот лучше пусть им военная контрразведка занимается, там люди свое дело знают. Выведут его на чистую воду.
