Исторический роман о службе гвардейца в эпоху екатерининской России. После окончания русско-турецкой войны 1791 года главный герой оказывается перед выбором: продолжить военную карьеру на российских границах или принять новые вызовы, которые готовит ему судьба. Захватывающий рассказ о...
— Уму непостижимо! Да кто же такие деньжищи выделит на них?
— Я, — спокойно проговорил Алексей. — Я и пришёл к вам сюда с небольшим пожертвованием за вашу помощь и за ваши труды, — и положил на стол тугой кошель.
— Нет-нет-нет! — воскликнул Болотов. — Мне от вас ничего не нужно. Мне ведь и самому важно было посмотреть, как всё у вас будет в поместье работать! Не нужно никаких денег!"
"— Андрей Тимофеевич, а это не вам, — улыбнулся Алексей, — это пожертвование российской науке в вашем лице на продолжение служению Родине. Сколько ещё полезного можно будет сделать, имея для того средства? Вот, возьмите, пожалуйста. Тут всего-то пятьдесят империалов. Я очень вас прошу. Вам ведь всегда есть на что их потратить.
— Для науки? — спросил, тяжко вздохнув, учёный.
— Для науки, — подтвердил бригадир.
— И для продолжения опытов?
— Вот именно, — улыбнулся Алексей.
— Пятьдесят империалов? — кивнул на кошель Болотов.
— И сто пятьдесят — на покупку свекловичных семян — я принесу вам по первому же вашему требованию, — проговорил твёрдо Егоров. — Тридцати семечек должно хватить для начала селекционной работы?
— Вполне, — задумчиво проговорил Болотов, уже, как видно, обмозговывая столь неожиданное предложение. — Ну что же, — поднял он глаза на егеря, — признаться, задачку вы мне сейчас задали, Алексей Петрович! Но дело это, я полагаю, интересное и всех возможных трудов стоящее. Своими силами я никак с ним один не справлюсь, — кивнул он на кипящую в котле вонючую массу. — Мне летом поступило предложение прочитать ряд лекций в Королевском Кёнигсбергском университете, думал вот отказаться, но теперь, пожалуй, я это приглашение уже приму. Вот там как раз и можно будет обсудить всё лично с Карлом Ашаром с глазу на глаз. Деньги большие, и мне не хотелось бы с ними попасть впросак, получив за них совсем не те семена, что надо. А уж меня-то лично он точно не обманет.
— Ваше высокородие! — раздался крик снаружи. Алексей выглянул в окно. Перед входом в здание топтался старший вестовой.
— Вынужден откланяться, Андрей Тимофеевич, — кивнул Болотову бригадир. — Думал, хоть здесь меня не найдут, однако ошибся.
— Понимаю, служба, — улыбнулся тот. — Как мне вас найти, если станет известен срок отправления в Пруссию?
— Андрей Тимофеевич, я вам свою визитку оставлю, — положил на стол небольшой прямоугольник из плотной бумаги Егоров. — Если вас не затруднит, пришлите по этому адресу мальчишку посыльного, я тотчас же к вам явлюсь, куда скажете, с деньгами.
