В лагере Южной Дунайской армии, где воздух напряжен и духи висят на волоске, начальник появился в своей бесформенной обстановке. Семён снимает ружьё и протягивает интендантскому унтеру, тот же вскидывает удивленный взгляд — не нашего производства оружие, оказывается.
Видели часто, как эти самые лакеи в толчки разгоняли генералов и офицеров, кои долго теснились у двери и мешали их запереть. Развалясь в кресле, в самом непристойном неглиже, засунув мизинец в нос, с глазами, бесцельно устремлёнными в потолок, этот молодой человек с лицом холодным и надутым едва удостаивал обращать внимание на окружающих. Он забавлялся дурачеством своей обезьяны, которая скакала по головам подлых льстецов, или разговаривал со своим шутом. А в это время старцы, под началом которых он начал служить сержантом, — Долгорукие, Голицыны, Салтыковы и все остальные, — ожидали, чтобы он низвёл на них свои взоры, чтобы униженно приникнуть к его стопам.
Но время шло. Екатерина была не вечна. Платоше, с восшествием на престол Павла I, всё очень скоро аукнется.
При новом императоре будет создан и Лейб-гвардии Егерский полк, который зародился в составе его Гатчинских войск из роты лёгкой пехоты.
Полк доблестно сражался во многих войнах и кампаниях, покрыв себя доблестью и славой.
Но до этого ещё было далеко, пока же Россией правила Екатерина Великая.
В Речи Посполитой, где после второго раздела стояли русские войска, было неспокойно. Поляки не могли смириться с утратой земель и сокращением вооружённых сил до пятнадцати тысяч человек, принятых Гродненским сеймом летом 1793 года.
