Исторический роман о судьбе русского гвардейского офицера в эпоху потрясений. После взятия Праги войсками Суворова полк направляется в Санкт-Петербург, где героя ждут придворные интриги, личные испытания и роковые выборы между долгом, честью и любовью на фоне ломки старой России.
– Из чего можно судить о важности сего искусства для военного, что знатнейшие герои старались оное приобрести, и побуждает нас через то следовать их примеру. А сейчас отрабатываем защиту и нападение. Одна сторона ведёт атаку, подступая к обороняющемуся под ритм хлопков шевалье де Эона, другая отходит под этот же самый ритм, стараясь поразить атакующего.
– Ан гард! – По этой команде кадеты заняли свои места на позиции. – Эт вы прэ? Алле! Эн, дё, труа! – ведя отсчёт и задавая хлопками рук ритм, выкрикивал помощник Фишера, и кадеты под них делали заученные движения: шаг, атака в туловище, шаг, укол в ноги, ещё шаг, укол в плечо, парирование укола, шаг назад, опять атака, отход, длинный выпад, укол.
– Кятр, сэнк, сис, сэт! – продолжал свой отсчёт учитель.
– Хороши? – Кутузов толкнул локтем Алексея. – Они ещё и на публичные ассо, которые Бальтазар в своём фехтовальном училище устраивает, ходят и даже имеют дерзновение участвовать в тамошних поединках. Пусть и не боевые схватки, но нет-нет, а кто-нибудь с отбитым боком, ногой али рукой с них является. Лишь бы глаза не выбили, новомодные в Европе маски для лица только-только появились, у нас, в корпусе, их ещё и нет даже ни одной. Запретить бы на эти публичные ассо ходить, так ведь, с другой стороны, на пользу сие кадетам. А ну как пригодится такое умение на службе, не всё же им в боевых порядках полков придётся шагать. Кстати, имей в виду, Фишер пользуется особым покровительством у наследника, для него он лично написал учебник фехтования, и говорят, издавать его хочет. Ты с Павлушей-то как, не дружен?
– Да особо нет. Издалека видел, а вот близко как-то не приходилось сходиться, он же всё больше в Гатчине со своим войском пребывает."
"– Может, это и хорошо, – заметил Кутузов. – Непростые нынче времена. Государыня сына, мягко говоря, не жалует, всё дальше и дальше его от двора отдаляет. Слух есть, что она внука Александра в наследниках престола желает видеть, а вот другого, Константина, когда от турок Константинополь освободим, туда на трон хочет посадить. С греческим-то проектом не заладилось пока, конечно, но и совсем от него не отказались. Бог даст здоровье матушке, глядишь, и с турками покончим, и к Индии сможем выйти, хоть через тот же Кавказ и Персию. Не слыхал о таких прожектах?
– Нет, Михаил Илларионович. Я ведь во дворцы не вхож, мне бы свой полк обустроить как следует, укрепить его да обучение стрелковому делу в нём поставить для присланных из других.
