Серебристые травинки колыхались в мерцающем свете, создавая завораживающую картину. Каждый стебель был высотой с ладонь, листья узкие, на концах светились крошечные звёздочки.
Я быстро, но аккуратно принялся собирать траву. Срезал только верхушки, оставляя корни — чтобы растения восстанавливались.
Красавчик между тем неотрывно следил за лесом. Его уши непрерывно поворачивались, улавливая каждый звук. Несколько раз он предостерегающе пискнул, и я замирал, прислушиваясь. Но тревога оказывалась ложной.
— Молодец, — шепнул я, закончив сбор. — Теперь быстро назад. Задерживаться не будем!
Мешочек с лунным пыреем был неполным — может стеблей пятнадцать. По словам Ирмы, за такое количество можно выручить солидную сумму.
Обратный путь занял ещё меньше времени. Я уже знал дорогу и шёл увереннее. Но когда до границы оставались считанные метры, случилось то, чего я опасался.
Где-то в глубине леса раздался громкий шорох. Треск веток, словно что-то крупное продиралось через заросли. Звук быстро приближался.
— Гр-р-р-р-р-р, — послышалось вдалеке.
Красавчик издал тихий, но предупреждающий писк. Его шерсть встала дыбом, а глаза расширились от страха. Меня словно ударило током — я не мог узнать такой рык! А значит и уровень угрозы!
И пока было время, что есть мочи рванул к границе, не оглядываясь. За спиной шум нарастал — что-то определённо нас преследовало. Тяжёлые шаги, сопение, рычание…"
"Граница! Я перемахнул через незримую черту и бежал со всей дури минут пять, пока не убедился, что за нами не гонятся. Упал на землю в безопасной зоне, тяжело дыша. Красавчик спрыгнул с плеча и забился в кусты.
Тишина. Что бы там ни было, оно не решилось покинуть свою территорию. Но в воздухе ещё долго висел запах хищника — мускусный, острый, опасный.
— Фух, — выдохнул я, поднимаясь с земли. — Пронесло. Ты чего там в штаны напрудил что ли?
Красавчик осторожно выглянул из кустов и убедился, что опасность миновала. Он подбежал ко мне и уткнулся мордочкой в руку — искал утешения.
— Всё хорошо, дружок, — взял его тельце в руку и посадил обратно.
Следом достал мешочек с лунным пыреем. Серебристые травинки продолжали слабо светиться даже в безопасной зоне. Они были красивыми и, что важнее, очень ценными.
— Скоро передадим бабке, — сказал я, пряча мешочек за пазуху.
Возвращались мы уже в сумерках. Красавчик, оправившись от недавнего испуга, снова забрался на меня и довольно урчал.
Тропа домой была незнакомой — я ещё не ходил этим путём, но шёл в правильном к избе направлении — в этом был уверен.
Однако что-то насторожило.
Стало слишком тихо.
В прошлые разы лес звучал — птицы перекликались, белки шуршали в ветвях, где-то вдали попискивали мелкие зверьки. А сейчас… Резко наступила мёртвая тишина. Даже ветер не шелестел листвой.