Я шагаю по мрачной тайге Сибири, где июльские дожди смешались со снегом. Воздух здесь пропитан хвоей и смолой, где-то вдалеке играют кузнечики, утопая в редких птичьих трелях. Я впереди, ощущаю прикосновение мха под сапогами и цепкие ветви скользят по старой куртке. Рядом двое новичков тянутся за мной, как паровозы на последнем издыхании....
Волк вдруг резко дёрнулся, а из горла вырвалось угрожающее рычание. Клыки обнажились, и зверь попытался подняться, несмотря на рану.
Я мгновенно отдёрнул руки, но не отступил. Понял — болевой шок отступил, и инстинкты взяли верх. Для него я был чужаком, потенциальной угрозой.
— Спокойно, — проговорил я ровным голосом, избегая резких движений. — спокойно-спокойно, без суеты.
Зверь превратился в воплощение дикого страха. Он не просто зарычал — он попытался сорваться со стола, невзирая на боль, разбрызгивая кровь из свежих швов.
Мне пришлось потратить добрых десять минут, терпеливо успокаивая его, используя и голос, и слабые импульсы через татуировки. Даже после этого зверь дрожал при каждом моём движении.
Медленно, очень медленно, я протянул руку к его голове. Волк тут же оскалился сильнее, но я не остановился.
— Спокойно, — повторил, концентрируясь на слабой связи между нами.
Мои татуировки потеплели, и я почувствовал едва различимый отклик — не такой яркий, как с собственными питомцами, но ощутимый.
Рычание постепенно стихло. Волк ещё настороженно смотрел на меня, но уже не пытался вырваться.
— Хочешь к хозяйке, понимаю, — одобрил я, осторожно дотронувшись до его головы. — Но я помогаю тебе вообще-то.
Он тяжело вздохнул и позволил мне продолжить. Я аккуратно обмотал зашитую рану чистой тряпкой, затем смазал пастой мелкие царапины.
Волк лежал почти неподвижно, только изредка подрагивая.
— Ну всё, дружок, — тихо сказал я, поглаживая его по голове. — Главное позади. Теперь отдыхай и набирайся сил.
Зверь лишь слабо махнул хвостом.
Я отошёл от стола и вытер руки тряпкой. Они дрожали от усталости и нервного напряжения. Операция заняла много времени, надеюсь бедняга будет в порядке.
За окном уже светало. И как так вышло, что в избе отшельника теперь четыре питомца? А ведь ещё даже ушкана не приручил.
Чёртова Виола… Хорошо, что Ефим ещё в отъезде, и я опережаю его на один шаг.
Глава 30
Ещё несколько дней прошло с тех пор, как я спас Виолу с её компанией от стаи Звёздных волков. Всё это время я был рядом с её зверем, а как иначе-то? Любопытно, что Виолу как корова языком слизала. И это при том, что её зверь у меня. Впрочем, она ведь чувствовала связь, знала, что с ним всё в порядке.
