Я шагаю по мрачной тайге Сибири, где июльские дожди смешались со снегом. Воздух здесь пропитан хвоей и смолой, где-то вдалеке играют кузнечики, утопая в редких птичьих трелях. Я впереди, ощущаю прикосновение мха под сапогами и цепкие ветви скользят по старой куртке. Рядом двое новичков тянутся за мной, как паровозы на последнем издыхании....
Эта наглая дрянь! Хрен с тем, как она разговаривает. Хрен с этими оскорблениями, для меня это пустой звук.
Но кажется, она совсем не понимает, что натворила. Тогда я покажу тебе это наглядно, пигалица.
Я сделал резкий шаг в её сторону.
— Эй! Стой, заразный! — выкрикнул один из наёмников, выставляя меч. — Не подходи к ним!
Кошка издала низкий, гортанный рык — её мускулистое тело напряглось, готовое к прыжку. Клыки, ещё красные от крови альфы, обнажились в угрожающем оскале.
Татуировки полыхнули в её посыле: только скажи, и они мертвы.
Наёмники замерли. Поняли, что перед ними хищник, способный разорвать их всех, едва я дам команду. Вот и хорошо, потому что на этот раз урок зазнобе точно нужно преподать. И дело вообще не во мне.
Не обращая внимания на их мечи, я шагнул к Виоле и схватил её за воротник. Она попыталась вырваться, но тщетно.
— Эй! Отпусти меня, — злобно прошипела она. — Ты хоть знаешь…
— Заткнись. И послушай меня внимательно, принцесса, — рыкнул я, разворачивая её лицом к её собственному питомцу.
Звёздный волк Виолы лежал у скалы, скуля от боли. На его боку зияла глубокая рана — видимо, во время схватки один из диких волков успел его задеть. Зверь тяжело дышал, а в его глазах читалась мука.
— Видишь? — ткнул я пальцем в сторону раненого волка. — Из-за твоего безрассудства чуть не погибли люди. И твой собственный питомец истекает кровью. Ты хоть понимаешь, что натворила? Тебе что, совсем наплевать на зверя?
Виола попыталась выкрутиться, но я держал крепко.
— Ай, мне больно! Отпусти меня, урод больной! Как ты смеешь! — процедила она сквозь зубы.
— Как смею? — я чуть не зарычал. — А что ты тут делаешь, дура? Ради чего? Каковы были ваши шансы против Альфы и стаи волков?
Виола дёрнулась, но мой захват был железным.
— Ты что себе позволяешь, выродок! — завизжала она, а потом вдруг обмякла — губы затряслись, глаза заблестели. — Мой дед тебя…
— Тьфу ты!
Она не понимала! Действительно не понимала, до сих пор!
Отпустил Виолу так, что она отшатнулась, и повернулся к Фёдору.
— Теперь ты мне объяснишь, — мой голос стал тише. — Что вы тут все делали? Ночью, так далеко от дома?
Фёдор заколебался, глядя на Виолу. Но когда мои татуировки вспыхнули красным огнём, а кошка сделала шаг вперёд и он поспешил заговорить.
— Она наняла нас, — пробормотал он, поджав губы. — Сказала, что сама хочет поймать питомца.
— Замолчи! — взвизгнула Виола.
