Я шагаю по мрачной тайге Сибири, где июльские дожди смешались со снегом. Воздух здесь пропитан хвоей и смолой, где-то вдалеке играют кузнечики, утопая в редких птичьих трелях. Я впереди, ощущаю прикосновение мха под сапогами и цепкие ветви скользят по старой куртке. Рядом двое новичков тянутся за мной, как паровозы на последнем издыхании....
Неужели не хочешь, чтобы я делом занялся? Двигаться мне только на руку, а не лежать, как бревно.
Она молчала, глядя куда-то в сторону речки, где камыши качались от лёгкого ветра. Видел, как она борется с собой — хочет запереть меня в четырёх стенах, но понимает, что мои слова бьют в точку. Наконец, она медленно кивнула.
— Ладно, — буркнула она, притворно хмурясь, но в голосе проскользнуло облегчение, будто мои слова её слегка обрадовали. — Только не переусердствуй. И в дом всё равно обедать загоню! И от отвара не отделаешься, понял?
Я скривился для вида, пойло-то и вправду мерзкое.
— А почему ты с работы так быстро вернулась? Ты до полей даже не добралась, да?
Она на миг застыла, потом небрежно махнула рукой:
— Неважно, — ответила, развернулась и пошла в дом.
Я пожал плечами и остался на месте, чувствуя, как ноги слегка ноют от короткой прогулки. Но сидеть сложа руки — не вариант, и даже хозяйство сейчас не самое важное.
Нужно поймать питомца.
Я не забыл о «Зверином Кодексе», но и сломя голову лететь в лапы какого-нибудь зверя-убийцы не собирался. Аккуратный подход нужен. А поэтому, для начала нужно оглядеться.
Зачем-то подхватил кривую палку, что валялась у лавки и медленно пошёл за мастерскую.
Тут я наткнулся на странное здание — длинное, низкое, сложенное из потемневших брёвен, с добротной крышей. Стены были крепкими, но местами потрескались, и оттуда тянуло сыростью и резким, звериным запахом, будто там когда-то держали скотину.
Я толкнул дверь, и та заскрипела, как ржавая пила. Внутри пыльно, свет еле пробивался через мутное оконце, заросшее паутиной. Пол был усыпан соломой, смешанной с землёй, пахло старым жиром, металлом и чем-то едким, будто кто-то сжёг тут пучок самых разных трав.
На полу валялось несколько клеток — чуть ржавые, разных размеров, но некоторые вполне пригодные для использования, если постараться. В углу громоздилась куча странных приблуд: деревянные рамы с натянутыми верёвками, похожими на сети, но слишком тонкими для рыбы; металлические кольца, вделанные в стены, с обрывками цепей, покрытых ржавчиной; жёлоба, вырезанные из дерева…
Я провёл пальцем по одному из них — шершавому, с въевшимся запахом жира.
