Я шагаю по мрачной тайге Сибири, где июльские дожди смешались со снегом. Воздух здесь пропитан хвоей и смолой, где-то вдалеке играют кузнечики, утопая в редких птичьих трелях. Я впереди, ощущаю прикосновение мха под сапогами и цепкие ветви скользят по старой куртке. Рядом двое новичков тянутся за мной, как паровозы на последнем издыхании....
В горле пересохло, а ладонь, сжимавшая рукоять серпа, онемела от напряжения.
Вот это зверюга!
Впервые я видел такое существо — магическую тварь, в которой чувствовалась не просто животная сила, но что-то большее, почти разумное. Это нечто с характером, с волей, с искрой, которую нельзя просто так погасить.
Заставил себя дышать медленнее, глубже, чтобы унять гул в голове.
И что делать? Эта кошка — не просто сбежавшая собака. Она смертельно опасна. Чуть не разорвала своего хозяина на дуэли, и теперь сидит здесь!
Я мог бы побежать в деревню, позвать старосту, кого угодно.
Да, я убивал животных раньше и относился к этому как к работе. Это было частью моей жизни и необходимостью. Но эта кошка… Она же не просто зверь. В её глазах я видел не только ярость, но и что-то ещё — гордость, упрямство и… смятение? Будто бы она осознавала свой поступок и пряталась.
Убить её только за то, что Барут не смог её укротить? Отдал неправильную команду? Я догадывался, что всё не так просто. И не простил бы себе, если бы сдал её, зная, что ждёт этого зверя. Она не виновата, что её хозяин оказался слабаком, если это вообще правда.
У неё есть характер, своя воля, и я чувствовал, что уничтожить её — значит предать что-то важное, что-то, что я сам в себе уважаю. Нет, не позволю, чтобы её убили. Не могу так поступить.
Но что тогда делать? Приручить её?
Мысль вспыхнула, как искра в сухой траве, и я невольно сжал кулаки.
Это был бы шанс! Первый питомец, да ещё такой!
Если я смогу её подчинить, это не только разблокирует этот чёртов «Звериный кодекс»… Но как? Я посмотрел на свои руки, на красные татуировки, что вились по запястьям, едва заметно пульсируя. Как их использовать?
Была и ещё одна проблема. Держать её взаперти долго не получится. Ей нужна еда, вода, возможно место, где она не будет чувствовать себя загнанной.
Прижал ухо к двери, прислушавшись.
Тишина.
Ни рыка, ни скрежета когтей, ни ударов о стены. Странно. Эта кошка только что готова была броситься, а теперь затихла. Я стиснул зубы, чувствуя, как напряжение сковывает плечи. Открывать дверь — себе дороже. Один удар этих зелёных когтей, и я мёртв.
Но оставлять её там без присмотра тоже нельзя.
