Автор
Жара кипит под солнцем, а я стою на развилке дорог и чувствую, как воздух вокруг становится невыносимо тяжелым. Моя встреча с бабушкой заставляет меня ненадолго задуматься о настоящих переменах в жизни — ведь беременность не может оставить равнодушной ни одну женщину.
Аня была права, когда еще перед родами предупреждала, что с детей глаз сводить нельзя. Хотя, как показала последняя пара лет, Аня вообще, кажется, всегда права. Или после всего неверия, которое я на нее вылил, мне теперь так безоговорочно хочется ей верить.
— Давай! — требует она, останавливаясь перед сценой.
— Анют, ну серьезно? — с сомнением улыбаюсь я. — Детский сад какой-то…
— Не ворчи, а выполняй уже свою часть сделки!
— Это было так давно. Как ты можешь быть настолько злопамятной?
— В этом все и дело, — разводит она руками.
— Может, хоть без сцены обойдемся?
— Обошлись бы, выполни ты мою просьбу раньше, — отвечает непреклонная упрямица."
"В ее ноги врезается маленькая шкода, и Аня поднимает Злату на руки, будто найдя себе соратника для умелого давления. Чмокает дочку в розовую пухлую щечку, и та хихикает.
— Папа, ты опять маму не слушаешься? — вторит маленькая копия Ани.
Ну, теперь-то у меня точно нет шансов отмазаться. Смеюсь, но все же поднимаюсь на сцену.
— Итак, внимание, — начинаю я, окидывая строгим взглядом зал, где то и дело снуют работники, которые готовят клуб к открытию. — Смертельный номер. Так что настоятельно рекомендую поберечь свое здоровье и скрыться с глаз моих.
Аня закатывает глаза, как делает каждый раз, когда считает, что я к кому-то несправедлив.
— Может, ты со мной споешь? — хмыкаю я, настраивая гитару.
— Нет уж.
Поднимаю на нее взгляд.
— Не называй меня так, — говорю предостерегающе.
— Помнится, однажды в вертолете ты сказал, что тебе нравится, — улыбается жена.
— Только ты тогда пообещала, что я не дождусь, а потом повторила это лишь спустя полгода, когда я и правда уже думал, что не дождусь! — отвечаю я.
Она смотрит на меня как-то сочувственно. Будто ей стыдно за то, что бросила меня так надолго. Все правильно! И должно быть стыдно! Ишь, чего удумала…
Аня молчит, а в уголках глаз таится какая-то интригующая улыбка.
— У меня складывается ощущение, что нам предстоит серьезный разговор, — хмурясь, осторожно резюмирую я.
— Может, и так, — игриво пожимает плечами она.
Я напрягаюсь.
— Говори сейчас.
— Не-а. Ты ведь тоже любишь сообщать новости после выступлений, — смеется жена, давая мне надежду на то, что ничего плохого не случилось.
И ведь не отступится от своих слов. Принципиальная до ужаса.
