Автор
Жара кипит под солнцем, а я стою на развилке дорог и чувствую, как воздух вокруг становится невыносимо тяжелым. Моя встреча с бабушкой заставляет меня ненадолго задуматься о настоящих переменах в жизни — ведь беременность не может оставить равнодушной ни одну женщину.
Мне значительно проще. — Она обхватывает ладошками мою шею и немного отстраняется, скользя заботливым взглядом по моему лицу. — Я-то знаю правду. А потому не боюсь. И могу себе позволить просто любить тебя.
Ловлю последние слова губами. Мое. Никому не отдам. Углубляю поцелуй, подхватывая Аню под бедра, вынуждая обвить мой торс ногами, когда сзади вдруг слышится какой-то шум.
— Ой, Глеб, — пищит Аня, отрываясь от моих губ, и пригибает голову, будто прячась от кого-то. — Там это… Витек. И люди какие-то…
Мля… Такой момент испортили.
Нехотя отпускаю Анюту и лениво поворачиваюсь в воде, пряча обнаженную девушку у себя за спиной.
— Че надо?! — рявкаю, вынуждая бравую команду охранников во главе со своим водилой замереть на месте.
— Так это… — Витя осекается. — Аню… Васильевну искать…
Он гусем вытягивает шею, пытаясь заглянуть мне за плечо, и я чувствую, как сзади высовывается темная голова Анюты.
— Здрасте, — смущенно кивает она ребятам.
— Нашли? — спрашиваю грозно. — Ну и хорош пялиться.
Глава 32.АНЯ: Ну, здрасти!
По телу разливается приятная истома, вынуждая потянуться. Поворачиваюсь набок и осторожно, чтобы не разбудить Глеба, скольжу пальцами по аккуратной бороде. Вроде неплохо получилось. К моему удивлению, он даже не сопротивлялся.
Подвисаю, разглядывая любимое лицо, тогда как непослушные пальцы уже ползут исследовать обнаженный торс. Кажется, ему уже все равно, шпион я или нет. Но мне этого мало. Не хочу, чтобы его любовь стала одолжением.
Сажусь на кровати, намереваясь идти готовить завтрак, когда мое запястье вдруг оказывается в плену сильных пальцев.
— Разве я давал команду вставать? — хрипит Глеб, подтягивая меня обратно на подушки.
— Ты не спишь? — удивляюсь я, подпирая голову ладонью.
— Продолжай то, что ты там делала. — Он кладет мою руку на свою грудь.
— Извините, Глеб Виталич, но вы больше не главный член семьи, — с сожалением говорю я, проводя ладонью по кубикам пресса.
— Не понял? — Глеб приподнимается на локтях, широко раскрывая глаза.
— Злата Глебовна велит идти завтракать, — усмехаюсь я.
— А… Ну… член-то я все еще главный. Но да, приказы вышестоящего начальства даже я не в силах обсуждать. — Он резко садится в кровати, целует меня в живот и бодро поднимается на ноги.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю я, дивясь его активности.
