Автор
Жара кипит под солнцем, а я стою на развилке дорог и чувствую, как воздух вокруг становится невыносимо тяжелым. Моя встреча с бабушкой заставляет меня ненадолго задуматься о настоящих переменах в жизни — ведь беременность не может оставить равнодушной ни одну женщину.
Глеб вдруг срывается с места, и не успеваю я отреагировать, как Лара оказывается прижатой к стене мощной рукой, сжимающей ее шею.
— Еще раз выскажешься подобным образом в сторону моего ребенка… или жены, я тебя собственноручно придушу, — рычит он. — Поняла меня?!
Лариса судорожно кивает, хватая ртом воздух.
Отхожу от шока и подлетаю к ним, вцепляясь в локоть мужа.
— Глеб, отпусти ее! — прошу, чувствуя, как меня начинает потряхивать.
Черт! Еще не хватало, чтобы из-за меня он испортил отношения с сестрой. Лара, может, и дрянь, но она его семья.
— Глеб, умоляю, отпусти, — уговариваю я, пока брат с сестрой таранят друг друга взглядами.
Лара не хочет отвечать. А он, похоже, не собирается ее отпускать, пока она не подтвердит, что уяснила сказанное. Хлопает входная дверь, и из коридора слышится нерешительный голос Вити:
— Глеб Виталич, тут это… рабочие пришли. — Водила не решается зайти и, не дождавшись ответа босса, продолжает: — Вы вчера просили бригаду вызвать.
— Пусть заходят! — отзывается Глеб, не отрывая взгляда от сестры. — Им предстоит немало работы. Комнату Ларисы Ивановны переделываем в детскую! Все ее вещи вывезти на помойку! Отныне это больше не ее дом! А мою спальню оборудовать для меня и моей жены!
Он наконец поддается моим рукам, разжимает пальцы и отшатывается от побледневшей сестры. Лариса откашливается. Поднимает на Глеба взгляд, полный нескрываемого отвращения.
— Совсем больной, — бормочет она себе под нос, явно впервые в жизни познакомившись с этой нелицеприятной стороной своего брата.
Поправляет блузку и поднимает объемную дамскую сумочку, которую все это время сжимала в руках. Выуживает из нее какую-то папку и кидает на стол.
— Это вам свадебный подарок! Нашла у нее на съемной хате, когда за вещами заходила, — бросает она, выходя из кухни. — Не будь оленем, Геш, и глаза уже раскрой!
— А ты рот закрой! — рявкает Глеб. — Иначе я тебя и из квартиры выселю! По миру пойдешь!
Лара оповещает о своем уходе, шумно хлопнув входной дверью.
Глеб устало потирает глаза, придерживаясь ладонью о стену. Поглаживаю его предплечье, пытаясь успокоить. Еще не хватало, чтобы ему из-за этой нервотрепки плохо стало.
— Все будет хорошо, любимый. — Прижимаюсь к его спине, обвивая торс руками. — Мы семья. Рано или поздно ей придется принять нас. Сейчас ей просто сложно поверить мне. Она переживает за тебя, вот и говорит гадости.
