Шарлотта поражена: Чем больше Люсия рисует на коже брачную метку, тем более она верит в мифы о драконах. Внутреннее сомнение и непонимание соседок не скрывают странное увлечение девушкой, заставляющей всех восхищаться и изучать это невероятное явление в мире современного города....
А затем дракон провернул какой-то невероятный фокус — свистнул и перед нами остановился экипаж.
— Поехали?
— Куда? — растерялась я.
— На факультет бытовой магии, — невозмутимо ответил парень.
Я моментально красочно представила, как староста бытового факультета чихвостит чистокровного дракона за неприличное предложение и оживилась:
— Поехали!
Глава 44
Демиан
Илон Ролуд был идиотом и кандидатом в смертники.
Я в последнее время и так с трудом изображал человека, а еще и этот… дальний родственничек с помелом вместо языка встретился.
Вообще у драконьих кланов вырождавшиеся ветви занимались тем, чем магически одаренным семьям заниматься было неуместно. Торговля, строительство, сельское хозяйство — все то, чем занимаются обычные, чаще всего неблагородные люди.
Не сказать, что это прибавляет любви младших семей к главам, но денег в общую казну приносит изрядно. И, на самом деле, все эти браки из политико-экономических выгод подрывали авторитет глав рода в глазах младших семей.
Все чаще соглядатаи доносили мятежные мысли: если главы ведут дела не по старым законам, то почему мы должны им подчиняться?
Это казалось незначительным, но на самом деле было фатальным. Если иерархия зашатается, пирамида рухнет. Всем, конечно, кажется, что они и сами прекрасно выстоят и выживут, но на самом деле всех мгновенно сметут.
Младшие ветви часто забывали откуда взялось их величие.
Это ж надо было додуматься пересказывать мне сплетни в присутствии женщин!
Но кое-что полезное все-таки он сказал — если уже даже семья торгашей от нашего клана в курсе, что мой договорной брак не состоится, значит, отец выдал уведомление той стороне и заплатил отступные.
И это бы меня успокаивало, если бы декан не сказала про письма.
Я кинул взгляд на Шарлотту, прильнувшую к окну экипажа, и попытался представить себе ее знакомство с моими родственничками.
Сожрут? Или подавятся?
Будь она тихой малышкой, выросшей в любви какой-нибудь семьи простолюдинов, наверняка бы сожрали. Но моя истинная росла в приюте, отбивалась от ублюдков и прогрызла себе путь в академии своим умом.
Дракон внутри заурчал: «Подаааааавяться».
— Ты чего какой довольный? — спросила Шарлотта, отвернувшись от окна.
