Улицы Санта-Клары покрывались золотистым отблеском жара, как будто город спрятался под раскаленной шляпой. Софи Жарко на мгновение задержала дыхание — каждый квартал здесь выглядит по-своему уникальным и загадочным. Ее взгляд скользнул между зданиями, будто она искала нечто важное или что-то ускользающее от привычного взгляда....
Дэдэ стояла возле большого зеркала: темные волосы элегантной волной лежали на одном плече, открывая гладкую спину; в тусклом свете мерцало черное платье, обтекая точеную фигуру. Я встал сзади, встречаясь с кошачьими глазами. Вынужден признать, что когда хочет Дэдэ умеет подать — или продать — себя. Сейчас она была потрясающе красива. Гладкая кожа, взгляд с поволокой, губы клубничные. Загадочная и манкая. Я сжал губы плотнее. Дэдэ — болезнь, яд, паучиха чертова. Не знаю, что она задумала, но не просто же так очаровывала меня, каждую секунду заманивала.
Я открыл футляр и молча застегнул на тонкой шее бриллиантовое колье. Ее глаза расширились — она томно приложила руку к груди, погладив холодные камни. Узнаю продажную душонку. И даст же мне за камешки — я на свои акции в «Сторн-Кэпитал» ставить готов. Накрыл ее руку, поднялся выше, обхватил горло.
— Свернуть бы тебе шею, — обжег дыханием ушко. Дэдэ вздрогнула, но отбиваться не стала, наоборот, откинула голову мне на грудь. Кожа горит, тело дрожит. Моя замечательная актриса! Я расстегнул молнию — платье эротично соскользнуло вниз. Наклонился и стянул крохотные трусики. Дэдэ в одних бриллиантах и шпильках выглядела сногсшибательно. Она не отрывала глаз от моего лица, а я не мог насмотреться. Не тело, а произведение искусства. Как жаль, что внутри все прогнило.
— Раздвинь ноги, — приказал тихо. Она повиновалась, по-прежнему не произнося и звука. — Поиграй с сиськами.
Дэдэ обвела ореолы сосков, медленно сжимая аппетитные полушария. А я запустил руку между ног — потекла уже.
