Автор
Аврора! Спаси меня! Голос своего агента взрывается от пугающей суеты. Я рассматриваю свой маникюр — френч, без излишеств, только нежно-розовый и белоснежная полоска, привлекательный аксессуар для вечеринок. Его Искушение держит меня на грани между профессиональной обязанностью и собственной безопасностью....
— Сегодня ведь давали штормовое предупреждение?
Спрашиваю на автомате, чтобы хоть как-то отвлечься от того гнетущего состояния, от напряжения, которое концентрируется между нашими телами.
Улыбается краешком губ, оценивает маневр.
— Боишься?
— Очень, — отвечаю тихо и ведь не лгу. Боюсь его ровно так же, как и хочу.
— Мой дом — непреступная крепость, со мной тебя ничего не должно страшить, — глаза опускает на мое прозрачное бюстье. — Продолжай, Аврора, я жду…
Приподнимает бровь, рассматривая мой лифчик без лямок с застежкой спереди и чертовым бантиком посередине!
Ухмыляется.
— Ты удобно одета, куколка…
Подмечает ровно и глаза у него сужаются.
Проскальзывает злость. Мне отчего-то все время чудится, что я в равной степени распаляю и злю мужчину.
Выдыхаю со свистом, я и вправду хорошо подготовилась…
Лучшее белье, единственная цель которого — искушать и провоцировать.
И ведь не поверит, что все случайность…
Дышу через раз. Медленно безотрывно смотря в белесые глаза, расстегиваю застежку, оголяя молочную кожу груди.
Дурно становится от того, каким дичайшим взглядом Иван впивается в мою трепещущую плоть.
Робею от такой реакции, меня ужасает не только мужчина, но и отклик собственного тела.
В безудержном порыве прикрыться прижимаю связанные лентой запястья к груди, закрываюсь.
Неожиданное резкое движение, которое я едва улавливаю. Накрывает мои связанные руки. Даже в этом касании сдерживаемая сила.
Все тело Ивана напряжено и становится еще более громадным из-за вздувшихся мышц.
Его прокачанный торс замер в миллиметре от меня так, что я ощущаю жар, исходящий от Кровавого.
— Не зажимайся.
Глухой рычащий голос. Чувственный. Отрывает мои кулачки от груди одной своей ладонью, опускает взгляд, рассматривает.
— Хороша…
Рокот его голоса заставляет внутренне взвиться и покраснеть от смущения, которое, впрочем, наверняка отражается на щеках легким нежным румянцем…
Замираю, когда он проводит рукой по моей скуле, словно прицеливается, понимая, как именно может дозировать мое удовольствие, которое простреливает прямым импульсом от его пальцев.
Кац не таясь, по-мужски рассматривает меня. Пристально. Его взгляд скользит по плоскому, подрагивающему животу и натыкается на прозрачную преграду белья, которое по факту ничего не скрывает от бесцветных глаз Кровавого.
— Еще один бантик.
