Автор
Аврора! Спаси меня! Голос своего агента взрывается от пугающей суеты. Я рассматриваю свой маникюр — френч, без излишеств, только нежно-розовый и белоснежная полоска, привлекательный аксессуар для вечеринок. Его Искушение держит меня на грани между профессиональной обязанностью и собственной безопасностью....
Что-то тихо под нос шипит, и я разбираю вроде бы:
– Если бы не приказ Каца!
— Ты о чем, Ридли?!
Прикрывает глаза, дышит глубоко, толстые ноздри раздуваются, отгоняет гнев.
— Только потому, что нас связывают годы сотрудничества, Аврора, и твоя мордашка мне нужна! Если ты еще хоть раз позволишь себе подобное, больше на подиум не поднимешься! Всего лишу. У меня на тебя полный пакет эксклюзивных прав.
Спокойный голос действует пугающе и из моих глаз катятся слезы, наконец, прорывает на истерику.
Рыдание вырывается из груди вперемешку с проклятиями.
Поворачиваюсь к окну, утыкаюсь в него горячим лбом, а когда чувствую руку Ридли на плече, каменею. Я только теперь осознаю, на какого монстра столько лет работаю.
Ничего не знала о мире, в котором жила. Людей не знала. Друзьями не тех считала…
Вкрадчивый голос моего агента заставляет замолкнуть совсем, даже не всхлипывать.
— Прости меня. Клянусь, я не хотел всего этого. У меня не было ни шанса. ОН выбрал тебя. Аврора. Я просил, чтобы Кац взял любую другую, но его выбор остановился на тебе.
Молчу. Не поворачиваюсь.
— Случайность! — повышает голос, словно негодует. — Чертова случайность! Я предлагал ему других, а он увидел тебя и все!
Сглатываю ком в горле, когда предают — это больно. Это невыносимо. В душе пустота. Я еще всего не осознала, еще не прочувствовала до конца. Откат от случившегося пока не накрыл.
Мой голос чужой и тихий:"
"— Несмотря на твою циничность, я считала тебя почти отцом, Флауэр, а ты вогнал мне нож в спину, глядя в глаза и прося о помощи.
Убирает руку, чувствую, что тоже отворачивается к окну.
— Не драматизируй, Рора. Если бы я открыл правду, ты бы в жизни не согласилась, а на кону слишком многое. Все! Иван Кац ужасен в гневе. И он бы наше агентство уничтожил… Всех с землей сравнял, и ты бы по любому раздвинула перед ним ноги. Он… Этот русский всех в крови топит. Жалости не знает.
Говорит словно самому себе, а у меня в груди сердце сжимается только от одного упоминания об Иване.
— Как только он тебя увидел, твоя судьба решилась. Я сделал все, что мог, поверь. Столько лет берег тебя, защищал, ты же лучшая, Аврора. Это не просто бравада или слова. Модели с твоими данными, харизмой… Их раз в эпоху можно встретить.
Прикусываю губы и отвечаю цинично:
— Выгодно продал, значит, или все же продешевил? Хотя… такие, как Иван, не торгуются.
