В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
Когда Стас махнул в её сторону рукой, как бы говоря, что ему уже всё равно, что будет с сестрой - пусть, что хочет, то и творит - по сердцу Ириды точно полоснули ножом. Боль обожгла внутренности.
Но как же так...
Стас...
Он же всегда ее понимал?
Всегда...
А тут...
Не в силах оставаться в квартире, Ирида сорвалась с места. Куда угодно: на пляж, в кафешку, к НЕМУ - лишь бы не видеть осуждение и, да, боль за неё, за Ириду, в глазах брата.
Поглощенная собственными невеселыми мыслями и чувствами, балансирующими на грани отчаяния, Ирида не видела перед собой никого и не замечала ничего.
Чтобы налететь на каменную стену. Так ей показалось в первую секунду. Ошиблась.
Каменная стена оказалась мужской грудью. Чуть позже Ирида вспомнит, что она даже не нажимала на кнопку вызова на сенсорной панели. Их со Стасом квартира находилась под самой крышей и была единственной на этаже.
Мужчина, поднимающийся на лифе, ехал к ним.
Но эти мысли придут потом.
Сейчас же главной для неё задачей оставалось удержаться на ногах.
Ирида, почувствовав крепкую хватку мужских рук, даже немного стушевалась. Вот это объятия! Вроде бы случайные. Но такие... Не нашлось слов, чтобы подобрать правильную характеристику.
Стыд затопил девушку. Как же нелепо все получилось.
Вскинув мордашку кверху, чтобы, наконец, увидеть своего нечаянного спасителя, Ирида натолкнулась на серьезный темный взгляд синих глаз. Не голубых, а именно темно-синих. Гипнотизирующих.
Глаза были знакомы. Она точно где-то их видела. Растерявшись, Ирида не смогла вспомнить.
Тщательно выбритое лицо. Высокие скулы. Короткие, немного всклокоченные темные волосы. Четко обрисованные губы незнакомца показались Ириде слишком яркими, словно природа-матушка взяла кисть и добавила чуть-чуть красок от себя лично. Глупая ассоциация.
Её спаситель оказался высоким. Выше её на голову, учитывая, что на ней были туфли с ого-го таким каблуком, так подставившим её сегодня. А еще у него были широкие плечи и узкие бедра атлета, которые не могла скрыть даже одежда. И каждый его жест, каждое движение и даже взгляд дышали такой внутренней силой, что девушка почувствовала себя словно под микроскопом. Он смотрел на нее. Изучал. Узнавал.
- Простите, - пролепетала Ирида, пряча красные глаза.
