В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
Пусть их разговоры не всегда носили продуктивный характер, но лучше так, чем упрямо сжатые губы и растерянность в глазах.
Ирида нарочито медленно приподняла брови и скрестила руки на груди.
- Может быть, со мной поделишься? Вот я, как работница ""Неона"", ничего не знаю.
В её голосе слышался вызов. Она уже отторгала любое разумное объяснение.
Выдохнув, Стас начал говорить:
- Завтра или послезавтра, я не знаю точной даты, но вам сообщат о смене руководства в ""Неоне"". Нынешнее окончательно утратило позиции лидерства, даже есть подозрения, что они что-то мутили, продавая научные исследования.
Новость взбудоражила и без того воспаленный мозг Ириды.
- Ты сейчас серьезно? - недоверчиво переспросила она. - О Славинском и ""Неоне""? Стас, он военный! Солдафон. Где он и где клиника?
- Ирида, ""Неон"" полностью переходит в распоряжение военных. Она перестает быть частной гражданской клиникой.
Девушка покачала головой, не желая признавать услышанное.
- Стас, ты говоришь бред. Я там работаю! Работаю пусть и не на административной должности, не хожу на совещания и прочие важные собрания, но я бы что-то услышала!
- Ирида, ты заблуждаешься.
Он это сказал очень просто. Не повышая голоса.
И Ириде стало не по себе. Так говорил Славинский.
Она нервно мотнула головой и выдохнула:
- Идиотизм какой-то.
- Всё может быть. Только я тебе скажу больше. Я тоже теперь сотрудник клиники ""Неон"".
Услышав последнюю новость, Ириде захотелось закричать: ""Да сколько можно?"" Нет, она очень обрадовалась за брата. Из-за негласных гонений на их семью, его практически прекратили приглашать на работу, отчего брат всё больше начал превращаться в нелюдима. Замкнулся в себе, перестал встречаться с друзьями, если и занимался научными исследованиями, то в кабинете и для себя лично, без намерений опубликовать их когда-либо. Ирида переживала за него и хотела ему лучшей жизни.
Ирида сжала виски. Небеса, о чем она думает? Совсем с ума сходит... Вместо того чтобы искренне, от всего сердца порадоваться за брата, она сидит, насупившись, и злится...
