В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
Отгонять всех представителей мужского рода на пушечный выстрел. Он четко дал понять, что она - ЕГО. Всё, разговор был окончен, точки расставлены.
Какового же было его удивление, когда ему сообщили, что тот ублюдок не справился с заданием. Что у его Ириды есть молодой человек. И ладно, если бы просто парень, с которым она веселится в клубе и рассекает по ночному небу на айростене.
У неё был любовник.
Малышка Ирида оказалась легко поддающейся на чувства, наивной глупышкой, верящей, что первая любовь - истинная, и что она случается раз - и на всю жизнь.
Сначала Богдан к этому относился с легкой долей снисходительности, даже упрекнул себя. Мол, а чего ты хотел? Шлялся непонятно где, вместо того, чтобы самому быть с ней рядом и никого к ней не подпускать. Достаточно было пустить легкий слушок, что он в ней заинтересован, и никто не посмел бы даже пригласить её на танец. Связываться с представителем Высшего эшелона никто бы не рискнул.
Но иногда обстоятельства бывают сильнее наших желаний.
Богдан несколько дней провел в коттедже, свыкаясь с мыслью, что у Ириды есть любовник. Что она раздевалась для него. Позволяла трогать себя. Целовать свои губы, груди, возможно, и свою сладкую расщелину. От картины, где Ирида лежала на кровати полностью обнаженная, с раскинутыми ногами, а некий индивид мужского пола устроился между ее бедрами и жадно целует нежную плоть, снова и снова вылизывая влажные лепестки и вдыхая аромат желания, Богдан начинал крушить мебель.
Ему необходимо было выпустить пар, стабилизировать внутренний мир и держать ревнивого зверя, что жил внутри него, под контролем. Он не мог позволить себе заявиться в квартиру к Стасу и Ириде и выйти из себя. Предстать перед своей малышкой в полной красе. Испугается, глупая, и тогда уже никакие доводы разума не заставят её посмотреть на него, как на партнера.
Если спросить, когда началось его безумие, он не ответит. Оно просто было в его жизни всегда. Говорить, что он полюбил маленькую девочку с белыми кудряшками - кощунство и попахивает педофилией. Его тянуло к ней, да, с этим не поспоришь. Хотелось приходить в дом к Стасу, самому сесть в игровой и смотреть, как забавная малышка, сопя и морща нос, сооружает замок из небольших деталей конструктора.
