Пение на сцене кажется невыполнимой мечтой для девушек из простых семей. Но уволненная любовью к музыке, ты решаешься покорить свой страшный поклон. Утро клуба без толпы гостей — лучшее время для воплощения своего желания выступить перед публикой.
Похоже, «Его маленькая слабость» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Теперь-то я знаю, каким он может быть. И плевать, как было раньше…
Едва мистер Голд оставляет меня на банкетке у рояля, как сознание тут же обволакивает стыд. Как я могла?! Что наделала?! Я не должна была…
Нужно сбежать. Я все испортила.
К своему сожалению сознаю, что дело не только в смущении. И не столько в нем.
Было что-то еще.
Какое-то чувство, которое сейчас мне казалось совершенно нежелательным, хотя и вполне ожидаемым…
Наспех поправляя одежду, выскакиваю на улицу и мчусь вдоль дороги, даже боясь оборачиваться.
Глаза щиплет от слез. Небо. Я вижу небо. Потрясающе…
Удар и я проваливаюсь в темноту.
ГЛЕБ
— Аня! Аня, пожалуйста! — сжав хрупкие плечики, слегка встряхиваю обмякшую девушку. — Я вызываю скорую…
— Не нужно, — наконец выдавливает она как-то устало.
— Как ты?!
— Все в порядке… — будто отмахиваясь, отвечает она.
— Теперь помнишь, — утвердительно говорю я, точно зная, какое именно воспоминание сам же вызвал. Теперь она знает, что я животное. Воспользовался.
— Мгм, — выдыхает она.
— Я ведь говорил, что тебе может не понравиться это воспоминание, — не в силах скрыть горечь в голосе говорю я. — Хочешь уйти?
— Куда? — в растерянности отвечает вопросом на вопрос, очевидно еще не до конца придя в себя. — Мы ведь только что пришли. Вам поработать вроде надо было.
Щурюсь подозрительно. Кажется, она вовсе не ненавидит меня:
— Что именно ты вспомнила, Невеличка?
Опускает лицо, норовя спрятать заливший ее щеки румянец:
— Вы ведь и без меня догадываетесь.
— Мне интересно, что было у тебя в голове на тот момент. Разве не считаешь, что я вел себя слишком… грубо? — похоже, я зарываю сам себя.
— Да вы и сейчас не слишком-то нежничаете. Что ж теперь с вами поделать, если манера у вас такая.
Удивляюсь, как просто ей стало говорить мне то, что думает. Похоже, и правда не боится. И вроде ненависти или неприязни не появилось. Однако очевидно обсуждать свое воспоминание она не очень хочет.
— Добрый день, Глеб Виталич! — раздается за моей спиной голос, и я лениво оборачиваюсь.
Принесла нелегкая. Почему нам вечно кто-то мешает?
В проходе стоят двое. Мой помощник и какой-то тип сомнительно вылизанный. Быстро узнаю в нем организатора мероприятий, и киваю обоим парням."
"— Добрый, — бросаю я, и снова перевожу взгляд на девушку в своих руках: — Подожди меня здесь.
Спускаю Аню с рояля и помогаю опуститься на банкетку.
