Автор
В темном особняке жестокий папашка угрожает дочери Алексея, но она решительно против соглашения. Малышка стойко сопротивляется давлению семьи на фоне атмосферы тьмы и безвыходности ситуации, ощущая себя единственной надеждой на свет.
– Здр-р-равствуйте! – посмотрел на нас с мужем мальчишка, четко выговорив так не дающуюся нашей принцессе букву “р”. – Меня зовут Ваня, – представился, как настоящий мужчинка, протягивая Демьяну ладошку. – А я вас помню, вы папа Ники, да?
– Привет, Ваня. Точно. Папа Демьян.
– М-м-м, – кивнул парнишка. – А вас как зовут? – посмотрел на меня зеленоглазый малыш с нескрываемым любопытством. Так, как умеют только дети.
– А я Анфиса, – улыбнулась я, поднимаясь и тоже пожимая протянутую ладошку маленького мужчины.
– И мне тоже пр-р-риятно, – старательно “рычал” Иван. – Я Никин др-руг, а вы?
Я уже улыбнулась и собиралась уже ответить, когда меня перебила сама “невеста”. Ника решительно выпрямилась, стоя на скамейке босыми ногами. А нащупав своей ладошкой мою, сжала пальчики и сказала гордо:
– А это моя мамочка, Фиса! И я ее очень сильно люблю!
Я в этот момент даже дышать перестала. Мир вокруг будто бы перестал существовать. Мы с Демьяном переглянулись, он так же, как и я, на мгновение растерялся.
Мамочка...
Впервые за все время, что мы вместе, Ника назвала меня так! Кто бы знал, как мое сердце желало этого и как сильно я ждала… Жаждала услышать из уст своей капризной принцессы не Анфиса или Фиса, а заветное – мама! До этого момента ей будто что-то мешало или было неловко обращаться ко мне таким образом.
"И вот сейчас – сказала. Открыто. Решительно, и в груди у меня что-то болезненно защемило, а в носу защекотало. Я подхватила своего чертенка на руки, крепко-крепко, что есть сил прижимая к себе! Чувствуя, как ее ручки обвивают меня за шею, а щечка прижимается к моей щеке. Всхлипнув, выдохнула ей на ушко тихое:
– Я тоже безумно сильно тебя люблю, доченька!
БОНУС
Демьян
Перелет наш прошел нормально, и даже пересадка не так напрягла, как мы боялись с Фисой изначально.
