Автор
Марина, взглянув на мужа с легкой насмешкой, задала вопрос: "Что скажешь?" Он отшучивается, закуривая сигарету. Они стоят у одинакового склада среди многочисленных по городу — огромные, безликими коробками они выделяются в пейзаже на окраине города. Унылый и будничный вид складов делает здесь атмосферу чего-то неестественного и запредельного....
«А ты всё же настырный, Роман Гомельский, — выдохнула Марина, пересекая площадь. Хоть и не подала вида, что в груди предательски заныло. Обречённо выдохнула: — А я ведь сделала всё, что смогла».
И всё же удивилась, когда он спросил:
— Вы меня избегаете?
— Избегаю? — щёлкнула она брелоком сигнализации."
"«Избегаю?! Да вы тут уже прописались у меня: ты и твоя жена. А я просто пытаюсь работать. Пытаюсь жить. Пытаюсь не наделать глупостей, пока где-то там в недрах красивой стерильной лаборатории, где делают тест ДНК, решается моя судьба.
Она сглотнула подступивший к горлу ком.
После того, как Лиза разоткровенничалась с ней в офисе, Марина уже почти не сомневалась, что это может быть её девочка. Ведь они рожали в одном роддоме, в один день. И тёщу Гомельского она вспомнила. Да, именно там она и слышала её голос, да и на саму наткнулась как-то в коридоре. Гномиха заплаканную, шатающуюся от горя Марину, конечно, могла и не запомнить, а вот фамилию ей, наверняка, назвали.
Там у платных палат, куда допускали родственников, Лизина мамаша секретничала о чём-то с врачом. А Марина шла мимо, туда, где ей одной не принесут кормить её девочку, туда, куда после обработки швов она не хотела возвращаться — в свою одинокую пустую палату. Собственно, она и выписалась в тот же день.
И уж слишком много было совпадений в появлении у Гомельских ребёнка. Да что там, даже откровенных несостыковок. Например, как ребёнок, появившийся на свет с помощью кесарева сечения, мог получить на лбу родовые травмы? Или вес три с половиной килограмма у недоношенного ребёнка? Да, ошибка врачей при постановке срока, но не после же нескольких УЗИ.
У Марины было столько вопросов к щебечущей без умолку Елизавете, держащей на руках, возможно, Маринину малышку, но Марина боялась быть слишком любопытной, чтобы не вызвать подозрений, не заставить ту задуматься, не спугнуть.
И она без конца повторяла мысленно: «Только не выдавать желаемое за действительное! Только не быть предвзятой!» Хотя это было очень сложно.
Как и сложно было сказать: хотя бы задумывалась Лиза о том, что дочь не её? Или точно об этом знает, поэтому и не любит.
