В бедном семействе, рискуя остаться банкротами, молодой миллионер пытается сохранить лицо и совесть, встречаясь с невестой по расчету. Страсть к очаровательной подруге делает его не готовым ни к чему другому, вызывая раздражение и непонимание у окружающих.
Такие мужские…
Ната прикрыла на несколько секунд глаза, распахнула их и задала вопрос, который огненным росчерком жег сознание:
— Вы немой? — голос звучал глухо, в груди сдавило. — Или… глухонемой?
Тогда бы это многое объяснило.
Его молчание в первую очередь.
Наталья никогда не сталкивалась с подобной категорией людей. Видела мельком кадры из программ. Но кто из молодых людей думает про заботы других? Особенно тех, кто попадает в категорию «особых».
На долю секунды ей даже стало жалко его. Жестко одернула себя.
Заскучал мужчина, что же не развлечься?
Её кидало из крайности в крайность.
Если он на самом деле особенный, то мог читать по губам. Она замечала, что он смотрит на её губы, но чтобы уделял им какое-то особое внимание… Сомнительно. Наташа продолжала теряться в догадках и настырно ждать хоть какого-то ответа.
Он последовал.
То, что мужчина её слышал или понимал, она убедилась.
Незнакомец нехорошо усмехнулся и медленно покачал головой. Едва ли не угрожающе. Или предупреждающе?
— Мы можем как-то с вами пообщаться? Посредством телефона? Ручки?
Хозяин дома поставил локти на колени и снова взглядом указал на пилюли.
— Вы же меня понимаете. Я вижу… — Ната оборвала себя, осознав бессмысленность её потуг.
Если мужчина не решит с ней объясниться — ничего не будет.
А таблетки… Что мешает ему насильно их запихать ей в рот? Ничего. Несколько движений — и вуаля, всё готово.
Мысленно матерясь и чувствуя себя загнанной в угол, Наташа, продолжая демонстративно смотреть на мужчину, уже особо не вдаваясь в подробности и детали, кое-как схватила таблетки, закинула их в рот.
После чего начала запивать водой. Девушка нервничала, злилась. Поэтому ничего удивительного, что она подавилась. Закашлялась, чувствуя, как воздух вместе с водой «встает» колом в горле.
Чего она не заметила, не увидела, не запечатлела в памяти — это, как мужчина оказался рядом.
Потом она задаст себе вопрос: как? Почему так быстро? Между ними столик, она бы всё равно видела, как мужчина встает, огибает столик и прочее.
А тут сразу же рядом с ней.
И на коленях.
С обеспокоенным лицом, на котором застыл едва ли… не испуг. Или сильная тревога. Нет, быть такого не может. Ей кажется через пелену слез, что выступили на глазах.
