В бедном семействе, рискуя остаться банкротами, молодой миллионер пытается сохранить лицо и совесть, встречаясь с невестой по расчету. Страсть к очаровательной подруге делает его не готовым ни к чему другому, вызывая раздражение и непонимание у окружающих.
Он поставил перед ней еду, напротив — себе, и лишь тогда сказал:
— Давай уже переходить на «ты».
Ната подавила горькую усмешку. Он ей и не выкал.
— Нет, — решительно проговорила она, внезапно осознавая, что вид прожаренного стейка вызывает у неё зверский аппетит. Хотя по утрам Ната предпочитала кофе, йогурт и кашу. На крайний случай — омлет с беконом или колбаской. Но никак не стейк.
— Придется, — Федор шумно отодвинул стул и сел.
Стол в кухне не был широким. Как раз предназначался для небольшого количества людей.
Поэтому расстояние между ней и Федором было незначительным. Девушка слишком остро чувствовала его присутствие. Она говорила себе, что это неизбежность. Они одни на небольшой территории.
Тогда почему грудь сдавливало?
— У вас идеально получается решать за меня.
— Приятного аппетита, Наташа.
— Не подавиться бы от такой приятности, — пробормотала она едва слышно и потянулась за соком. И едва не опрокинула стакан, когда услышала, как мужчина грохнул вилку о стол.
Ната замерла, потом мысленно дала себе пинок и поднесла сок к губам.
А на Федора не смотреть.
Не надо…
Она бунтовала. Неосознанно. Нарывалась.
И ничего не могла с собой поделать.
Злила того, кого злить не стоило.
Проходила минута, вторая. Реакции не последовало. Ната отрезала один кусок мяса. Второй.
У неё в руке нож. Она более внимательно на него посмотрела. Что если…
— Не стоит. Мне вреда не причинишь, сама поранишься, — комментарий Федора заставил Нату взглянуть на мужчину, хотя до этого она старательно делала вид, что поглощена стейком.
В отличие от неё, хозяин дома не приступал к еде.
Смотрел на Нату.
Девушка вызывающе вскинула подбородок кверху, смело встретив взгляд мужчины. Она не собирается прятаться. Не сегодня.
Ей надоело жить в неизвестности.
— Может, и вас зацеплю? — она не стала делать вид, что не поняла, о чем он её предупреждает.
Мужчина тяжело вздохнул и удрученно покачал головой. У Наты возникло непреодолимое желание тоже вывести его из себя. Интересно, если она запустит в него стаканом, что будет? Нож отмела сразу, садиться в тюрьму она не собиралась, в ее стране очень туго с понятием самообороны.
— Я отобью. И стакан, и нож.
— Не сомневаюсь.
Ната сдулась разом. Был боевой настрой, и нет его."
"Сложно противостоять тому, кто сильнее. Кто обладает большей информацией. У кого все преимущества.
У неё нет ни одного.
Ни малюсенького.
Ната снова посмотрела на завтрак. Слезы, тоска и отчаяние подобрались незаметно.
