В бедном семействе, рискуя остаться банкротами, молодой миллионер пытается сохранить лицо и совесть, встречаясь с невестой по расчету. Страсть к очаровательной подруге делает его не готовым ни к чему другому, вызывая раздражение и непонимание у окружающих.
У оборотней летоисчисление шло, как у обычных смертных или нет? И, кстати, как будет у неё?
— Спроси.
— Ты читаешь мои мысли?
— Нет, Наташ, — губы Федора по привычке скривились. — Но, признаюсь, хотел бы. Нам было бы проще.
— Боюсь, что наоборот.
— Думаешь? — в его интонации появились ленивые нотки, которые понравились девушке.
— Уверена.
— Так о чем ты хочешь поинтересоваться? У тебя какой-то вопрос возник. Почему сразу его не задать?
Наташа пожала плечами.
— Ты не спешишь на них отвечать.
— Буду исправляться.
Наташу так и подмывало съехидничать, но они приехали на одиннадцатый этаж, и створки лифта тихо разъехались в стороны. Федор аккуратно рукой направил Нату к выходу, а девушку снова теплом окатило.
Она пошатнулась и прижалась спиной к Федору.
— Я так больше не могу…"
"— Забирай вещи, и едем ко мне, — глухо бросил он, обнимая её за талию и вдавливая в своё тело.
Федор был возбужден. Эрегированный член уперся ей в попку. У Наташи распахнулись глаза. То есть всё это время Федор пребывает в таком состоянии?
— Федор, пусти… Здесь камеры.
— Я знаю. Ты стесняешься?
— Немного. Мне непривычно. Не хочу, чтобы наши фото и видео с пометкой «восемнадцать плюс» гуляли где-то на Ютубе.
— Не будут.
В его голосе звучала непоколебимая уверенность, что Наташа не сдержалась:
— У меня изначально был один вопрос. Про возраст. Сколько тебе лет? И вытекающие… Сколько оборотни живут? И будут ли у меня какие-то возрастные изменения? Мама ничего не рассказывала. Или рассказывала, но я не сохранила информацию в памяти за ненадобностью.
Федор по-прежнему не спешил её отпускать. Его дыхание приятно щекотало кожу, вызывая желание на всё махнуть и остаться в его объятиях. Позволить себе плыть по течению, не думать ни о чем.
Заманчиво, только рано или поздно опьянение пройдет, и на место слабости придут недоумение и горькое сожаление, что смалодушничала и позволила другим и дальше распоряжаться своей судьбой.
— У тебя появился и второй вопрос.
— Да. Чем ты занимаешься? У тебя шикарный дом в лесу, и в городе тоже жилье есть, насколько я понимаю.
— Есть. Ты хочешь, чтобы я сейчас ответил или чуть позже?
— Чуть позже.
Она разорвала контакт их тел и сразу же почувствовала холод, словно её лишили чего-то родного, близкого. Ната внутренне сжалась и напомнила себе, что это чертова химия, что между ней и Федором, нет ничего душевного, вся интимность в природе их тел, в том, что они идеально друг другу подходят, как любовники.
