Автор
В Его невинной жертве мы погружаемся в шокирующее переживание, когда женщина вынуждена предстать перед своими ближними лицом к лицу с теми тайными убежищами и страхами, которые она скрывает. Влад, ее душевный друг, видит то, что сама не осмеливается поднять. Несмотря на непростительность своих деел, героиня не боится показать свои чувства, даже если это означает быть осужденной....
Спустя мгновение, он открывает глаза и смотрит мне в лицо.
– Единственное, что тебе нужно знать – сегодня ты поедешь домой, к семье.
Эти слова, словно удар под дых. Такое чувство, что внутри что-то разбилось и ранит до крови. Я смотрю в голубые глаза Туманова и пытаюсь отыскать в них хоть какие-то эмоции. Тщетно.
– Домой? – шепчу я. – Ты меня отдашь, Влад?
Замираю в ожидании ответа. Сама не знаю, чего жду, но глупое сердце верит в лучшее.
– Амирхан выполнил свою часть сделки, а я выполню свою – верну тебя в семью.
– А если я не хочу? Если я хочу остаться с тобой, – спрашиваю звенящим от нахлынувших эмоций голосом.
Влад ничего не отвечает.
Дальше мы едем в тишине.
Если прислушаться, то можно услышать, как моя душа рассыпается от боли на миллион осколков.
44
Камилла
Возвращаемся домой. Домой к Владу. Я сразу же иду в «свою» комнату, а там так и остаюсь стоять на месте. Я не знаю, что мне делать. Влад сказал, собрать свои вещи, вот только моих вещей здесь нет. Всё он купил. Слезы наворачиваются на глаза, я быстро стираю их со щёк.
А ведь в первые дни моего похищения я мечтала об этом моменте. Мечтала вернуться домой и с наслаждением наблюдать, как мои браться разорвут Туманова на мелкие ошмётки… И как же всё сейчас изменилось! Я готова многое отдать, лишь бы остаться с Владом. Не знаю, как так получилось. Я просто не заметила, как влюбилась в него. В этого сильного, хмурого, небритого грубияна. Но ему плевать на мои чувства и желания. Сегодня он вернёт меня домой.
Медленно я стягиваю с себя платье, снимаю туфли и распускаю прическу.
Когда выхожу, Влад уже в комнате, сидит в кресле, стоящем в дальнем углу. Я останавливаюсь, словно ноги приросли к полу, обнимаю себя руками, чтобы хоть как-то дистанцироваться от мужчины, чтобы хоть как-то скрыть свою уязвимость.
– Через час выезжаем, – говорит Туманов. Так просто, словно всё нормально.
– Хорошо, – стараюсь говорить как можно спокойней.
– Ты всё собрала?
– Мне нечего собирать. Это не мои вещи.
– Я купил их для тебя, Камилла.
– Можешь оставить для… следующей пленницы. Думаю, они ей пригодятся.
Чувствую его изучающий взгляд на себе и выше задираю подбородок. Пусть смотрит, пусть душит мою любовь к нему голыми руками, пусть убивает равнодушием. Может, от этого станет легче.
