Было бы не слишком удобно доделывать бани, одновременно изображая из себя трепетную фиалку. Алесия хлопнула в ладони, привлекая внимание слуг.
— Так, парни пусть заносят печи в замок, вы уже знаете, куда их. Девочки берут веники. Вы, — она кивнула конюхам, — Позаботьтесь о лошадях. Телеги убрать под навес.
— А что делать мне? — вмешалась Лианна.
Алес, недолго думая, вручила ей свой веник.
— А ты будешь мне помогать.
* * *Поместье графини Арельс, несколько дней спустя…
— Ваше сиятельство, в землях графини все благополучно. Урожай собран хороший, налоги уплатили сполна. Бесчинств и ссор среди крестьян не случалось…
Эйс Бертус переступил с ноги на ногу, ожидая вопросов, но его сиятельство граф Арельс только задумчиво кивнул.
Решение заехать в поместье не было спонтанным. Нортман хорошо знал, что обязан проверить, как обстоят дела в землях жены. И, по-хорошему, не стоило тянуть с этим до второй половины осени.
Однако была еще одна причина, заставившая его сиятельство свернуть по пути в столицу. Быть может здесь, где Алесия провела весь прошлый год, он сможет чуть больше узнать о ней? Надо было сделать это гораздо раньше. Мужчина невесело усмехнулся про себя.
Надо было. Но прежде он не слишком задумывался о графине. Навязанная женщина с дурной репутацией. Развод всегда считался несмываемым клеймом. Теперь же хотелось во всем разобраться лично.
В столице едва ли получиться узнать правду, но здесь… Нортман снова взглянул на управляющего, который переминался на месте.
— Так значит, в поместье все хорошо?
— Да, ваше сиятельство. — закивал Бертус.
— Что ж… А что говорят о графине?
Управляющий растерянно моргнул.
— Простите, ваше сиятельство?
— Моя супруга прожила тут почти год. Полагаю, местные должны хоть время от времени о ней вспоминать? Чем она занималась, кто навещал ее?
Эйс Бертус замялся. Он и рад был бы ответить, но при нем о графине почти не говорили. Всех больше интересовала осенняя ярмарка, урожай и заготовка дров на зиму. Единственная, кто каждый день вспоминал о «своей голубке» — старая нянька. Но ее управляющий старался обходить стороной."
"Потому что старушка могла заговорить любого. Попадешься ей на глаза — и все, не сбежишь. А утихомирить старую Эмми могла только эйса Кэрин. Только вот вести графа к няньке, казалось не лучшей идеей. И тут мужчину осенило.
— Ваше сиятельство. Если вам будет угодно, о ее сиятельстве мог бы рассказать Рглор. Он живет здесь давно и…
Нортман вскинул брови. Рглор? Это имя ему уже доводилось слышать. Граф вообще хорошо запоминал людей. В памяти сам собой вспыхнул зимний лес, восторженные крики и рыжебородый здоровяк, опрокидывающий медведя навзничь.
Едва ли найдется кто-то другой, кто смог бы повторить подобное.