В холодном зале разливался дым от керосиновой лампы, где-то вдалеке прокатилась санями или зашуршала высохшая трава под копытом лошади. Алеся прижала колени к сердцу, словно пытаясь укрыться от мрачной атмосферы и собственного горя. Этот вечер мог быть обычным, если бы не одно «но»....
— Алес сморгнула выступившую слезинку и только сейчас заметила, с каким выражением лица стоит ее супруг. Нарочито спокойным и независимым. — У нас все замечательно. — исправилась она, выделив интонацией второе слово, и, шагнув назад, положила ладонь на локоть Нортмана.
С лица мужчины тут же пропала тень. А взгляд стал гораздо более доброжелательным.
— Я очень за вас рад, — улыбнулся Лайон.
— Граф Бартон. — вмешался Нортман. — Полагаю, наш разговор лучше продолжить в библиотеке. — он перевел взгляд на жену. — Распорядись, пожалуйста, чтобы подготовили покои.
Алесия чуть изогнула бровь. Похоже, супруг не хочет, чтобы она присутствовала при разговоре? Прямого запрета, конечно, не прозвучало, но это легкое указание на обязанности хозяйки…
— Разумеется, я обо всем позабочусь. — кивнула она.
Тем более, дел-то на пять минут, учитывая количество слуг.
Раздав распоряжения, Алес не колеблясь направилась в библиотеку. Где при ее появлении тут же повисла тишина. Мужчины явно не ожидали вторжения.
— Надеюсь, я вам не помешаю?
Нортман с Лайоном переглянулись. Первым взял слово муж.
— Боюсь, ты не услышишь ничего полезного. Одни лишь предположения и домыслы.
— Если это только домыслы, почему мне нельзя о них знать?
Алесия взглянула на брата, как на более лояльное звено. Тот замялся.
— Граф Арельс прав. — Лайон провел рукой по волосам. — Ты же знаешь, я бы не стал скрывать от тебя что-то важное. Но сейчас мы в тупике.
Судя по тому, как Нортман сверкнул в его сторону глазами, признаваться в собственной несостоятельности он не слишком-то хотел.
— Две головы хорошо, а три лучше. — миролюбиво произнесла она. — Вдруг я замечу что-то, чего не заметили вы?"
"— Кхм… — Нортман потер переносицу. Он не собирался впутывать жену в расследование. Мужскими делами должны заниматься мужчины. Но графиня смотрела с такой надеждой, что оставалось только махнуть рукой.
Оскорбить жену, даже ненароком, граф не хотел.
— Ну хорошо. — выдохнул он сдаваясь. — Если тебе так хочется, оставайся. О том, что не услышишь ничего интересного, ты предупреждена. Граф Бартон, пожалуйста, продолжайте.
Лайону хватило такта, чтобы не улыбнуться. В конце концов, сколько раз он сам уступал сестре, чувствуя бессмысленность споров. Уж чего у Алесии не отнимешь, так это способности добиваться своего.
