В холодном зале разливался дым от керосиновой лампы, где-то вдалеке прокатилась санями или зашуршала высохшая трава под копытом лошади. Алеся прижала колени к сердцу, словно пытаясь укрыться от мрачной атмосферы и собственного горя. Этот вечер мог быть обычным, если бы не одно «но»....
— Где же больной?
Нортман скрестил руки на груди."
"— Боюсь, я не совсем точно выразился в письме, уважаемый эйс Килри. В Арельсхолме никто не болен, но мне нужно, чтобы вы осмотрели мою жену.
— Жену? — лекарь на миг растерялся. И это не укрылось от проницательного взгляда. — Кхм… жену. Ну конечно же! Вы, кажется, в прошлом году вступили в брак? От души вас поздравляю!
— Благодарю. — граф не ответил на улыбку, и эйс Килри немного притих.
По крайней мере, до покоев графини он не проронил ни слова.
— Ваше сиятельство, прошу простить. Разумеется, я не смею указывать вам в вашем собственном доме, но, быть может, вы лучше подождете за дверью?
— Нет. — отрезал Нортман.
Держался он так высокомерно, что Алес, наблюдавшая за представлением из постели, невольно восхитилась. А ведь всего полчаса назад, супруг был совсем другим. Мягким, нежным. Просто та его сторона предназначалась только ей.
— Кхм… кхм… — настаивать эйс Килри не решился. Приблизившись к пациентке он опустился на табурет и расплылся слащаво-приторной улыбке, словно собирался разговаривать с душевнобольной.
— Ну и как мы сегодня себя чувствуем? — проворковал мужчина таким сахарным тоном, что Алесию чуть не стошнило.
Да и сам лекарь, даже если отбросить прочие вводные, доверия не внушал. Жаль, что нельзя просто взять его за шкирку и вытрясти показания. Придется идти более длинным путем.
— Сегодня я чувствую себя также, как вчера. — и побольше капризных ноток в голосе.
На лице Килри проступило понимание.
— О-о-о… Такое бывает, уверяю вас. И это еще не повод для беспокойства. Если позволите, я бы задал вам несколько вопросов… — он покосился на графа. — … довольно деликатного свойства.
Нортман безучастно рассматривал что-то за окном, не проявляя никакого интереса к происходящему. Однако одно лишь его присутствие выбивало лекаря из колеи.
— … это, понимаете, э-эм, крайне необходимо… прежде чем сделать окончательные выводы…
Алесия возвела глаза к потолку.
— Ну так задавайте.
— Кхм… да.
Сами вопросы оказались довольно стандартными.
Как давно были женские недомогания? Очень давно. Есть ли слабость, головокружения, тошнота? Пришлось пожаловаться на тошноту, мол некоторая еда стала такой невыносимой, что от одного лишь запаха выворачивает наизнанку.
