Автор
Внутренняя дверь звонком была приоткрыта, словно заговорившая сама собой. Я медленно вышла на встречу с неожиданностью — чужим взглядом моего близкого человека, который оказывается именно тем, кем не следует быть. Придя в себя после этого взгляда, я отметил лишь скромное удивление и признание своей красоты отраженного в зеркале собственного изображения....
– С радостью пропущу Вас вперед, так сказать, со всем уважением к вашим чинам.
Генерал не торопился, и мы продолжили подъем. Даже Бертон не отставал.
Камни были острыми и скользкими, света фаеров было недостаточно, чтобы как следует рассмотреть склон. Пару раз нога соскользнула, и я едва не поехала вниз. Но Эдвин всегда оказывался рядом и помогал мне преодолеть очередное препятствие.
Наконец мы все оказались наверху. Внизу вскипало море, но ничего необычного здесь не было. Просто шторм.
– Ну и где ваше вторжение? Где эта иномирная сущность? – спросил генерал оглядываясь.
Не увидев опасности он стал смелее и несколько наглее.
– Я бы поспорил с Вами, Альдеус, – подал голос ректор, – я видел это своими глазами. Тогда, в академии.
– А что если это кто-то из них сначала выпускает этих тварей, а потом лихо отправляется на ликвидацию и героически спасет наш мир, – на эти слова генерала Бертон подобострастно рассмеялся.
Макей старший же не обращал на их перепалку внимания. Он изучал показания артефакта. Его жена приобняла его за плечи и вместе с ним смотрела на непонятные значки. Я же отметила, сколько нежности между ними, в каждом движении сквозила ненавязчивая забота. Родители Эдвина любили друг друга. А как тепло они встретили сына.
– Там! – коротко сказал отец Эдвина, указав на неприметное углубление на краю обрыва.
Мы подошли ближе и увидели, как там вскипает чернота. Она шевелилась, булькала, дышала.
– Генерал Альдеус, не хотите ли первым изучить эту аномалию? – насмешливо спросил Макей старший, зажигая на ладонях огромные фаеры.
Генерал лишь попятился, предоставив нунгалинам разбираться с этой чужеродной субстанцией. Полетели первые фаеры. Поверхность черной лужи чавкнула и проглотила их, издав утробный рык. Мне стало не по себе.
Нунгалины сыпали дождем из огня, но черное нечто, казалось, только разрастается."
"– Какая-то необычная структура, – сказал молодой нунгалин, – первый раз с такой встречаюсь.
– Мне она тоже не нравится, – сказал Макей старший и, взяв за руку свою жену, смог произвести фаер чудовищной мощности.
Огромный огненный шар, похожий на комету, полетел в центр черной лужи. Зловонная жидкость расплескалась, обнажив камни. И мы отчетливо увидели черные щупальца, корчащиеся от боли. Из глубины пространственной дыры донесся протяжный вой, от которого кровь стыла в венах.
