Автор
Внутренняя дверь звонком была приоткрыта, словно заговорившая сама собой. Я медленно вышла на встречу с неожиданностью — чужим взглядом моего близкого человека, который оказывается именно тем, кем не следует быть. Придя в себя после этого взгляда, я отметил лишь скромное удивление и признание своей красоты отраженного в зеркале собственного изображения....
По стене пошла мелкая паутинка трещин, но стекло не сдавалось. Эдвин не останавливался, а я продолжала питать его своей магией, положив руку ему на плечо.
Мы оба чувствовали, что уничтожить именно этот осколок было очень важно. Макей был на пределе. Казалось, вся реальность перестала существовать. Были только мы, кусок проклятого зеркала и огонь, который пытался его излечить."
"Внезапно реальность пронзил резкий звон. Все вокруг пошло рябью, словно само пространство начало вибрировать. Мышцы Макея под моей ладонью окаменели.
А затем был хруст. Треск зеркала, раскачивающегося на миллиарды кусочков. И в следующее мгновение нас окатило дождем из стеклянных крошек. Осколок рассыпался на мелкие песчинки и разлетелся в стороны.
Основной удар принял на себя Эдвин, который как раз стоял напротив него. Он скрючился и застонал от боли. Меня лишь обдало жаром, а осколки порезали кожу рук и задели щеку.
Сначала все стихло, а потом лавина звуков ворвалась в наш мир.
Реальность пришла в движение. Дом, в котором мы находились, пал под ударом магии, вырвавшейся из побежденного осколка. Стены пришли в движение и начали заваливаться.
– Надо уходить! – крикнула я, сбрасывая с себя оцепенение.
Но Эдвин не мог двигаться. Он лежал на полу, скорчившись от боли. Беспомощный, словно младенец.
Я не смогла оставить его. Я прижалась, желая защитить его от падающих перекрытий. И в то же время я сама нуждалась в его защите.
Его лицо, холодное и бледное, застыло восковой маской. Из мелких ран сочилась кровь. Из глаз моих лились горячие слезы. Они жгли кожу и, казалось, могли растопить камни.
– Пожалуйста, очнись, – шептала я, – ты мне очень нужен.
Я гладила его своей израненной рукой, наша кровь смешивалась, размазывалась и растекалась, разбавленная моими слезами.
– Я не смогу без тебя, – шептала я, – ведь я… люблю тебя.
Но мои признания не были услышаны. Было слишком поздно что либо менять. Мы уничтожили осколок, который мог унести много жизней и стал бы вратами для ужасной тьмы.
Я как никогда страстно желала поделиться с Эдвином силой своей магии, но он не способен был ее принять. В этот раз я даже не подумала о том, чтобы поставить блок, и потратила все силы. Всю себя, до последней капли.
16.6
Я словно плыла, растворившись в каком-то темном бульоне. Мерные покачивания, отсутствие света и звуков.
