Автор
Внутренняя дверь звонком была приоткрыта, словно заговорившая сама собой. Я медленно вышла на встречу с неожиданностью — чужим взглядом моего близкого человека, который оказывается именно тем, кем не следует быть. Придя в себя после этого взгляда, я отметил лишь скромное удивление и признание своей красоты отраженного в зеркале собственного изображения....
Кто-то присел на край моей постели, погладил руку. Краем сознания я отметила тепло и нежность, а затем снова отключилась.
А вот утром меня разбудили возмущенные крики графини.
– Ты поступил безответственно! Глупый мальчишка!
Я с трудом разомкнула веки. Каролина Макей со всей суровостью отчитывала Эдвина, который нарушил постельный режим и пробрался ночью ко мне. Его лицо и грудь частично скрывали повязки, но в целом, он довольно бодро отбивался от матери и настаивал на своем праве находиться со мной в одной постели.
"Пришлось срочно спасать своего истинного от праведного гнева графини.
– Так хорошо спалось, не уходи, – пробормотала я и приобняла Эдвина со спины, словно это был огромный плюшевый медвежонок.
– Ну как знаете! – бросила рассерженная Каролина и вышла из комнаты, громко стуча каблуками.
Эдвин тихо засмеялся. А потом застонал от боли.
– Мама права, не стоило вставать так рано, – прошептала я.
– Я теперь не уйду от тебя, – ответил он тихо и повернулся ко мне.
Я смотрела на свежие шрамы, покрывавшие его лицо.
– Возможно, теперь ты не захочешь быть со мной, – начал он взволнованно.
Я прижала палец к его губам, призывая к молчанию.
– Кажется, наша истинность теперь считается подтвержденной, раз я оказалась в доме твоих родителей, – улыбнулась я.
Он едва заметно кивнул и нежно поцеловал мой палец. В его глазах плясали озорные огоньки, от которых мне самой хотелось броситься в пляс.
– Ты выйдешь за меня? – спросил он. – Официально, с церемонией, пусть и скромной.
И такой он в этот был растерянный и взволнованный, словно делал предложение не с повязками на всем теле, а опустившись на одно колено в самом романтичном месте.
Я кивнула, и на глаза навернулись слезы. Не верилось, что это все происходит со мной.
16.7
Когда мы объявили родителям Эдвина о своем желании провести обряд, Каролина не смогла сдержать слез. Сам Кир Макей, недавно вернувшийся из лечебницы, украдкой вытер глаза.
Мы с Эдвином настаивали на скромной домашней церемонии. Несмотря на то что нападения сейчас случались не каждую ночь, все равно пышное торжество было бы неуместным.
– Аниша, так жаль, что твои родители не смогут присутствовать на свадьбе. Надеюсь, ты не сильно расстроена? – спросила Каролина, которая полностью взяла на себя подготовку к празднику.
– Действительно, жаль, – я покивала головой, изображая величайшее сожаление.
