Не скрыться.
Мое имя срывается с губ Лекса, жалит слогами, и в глазах Ставрова бездна, черная, зрачок заполняет радужку, пульсирует, как и биение моего пульса под его рукой зашкаливает.
Миллиардер смотрит в упор. Не моргает даже. Только вжимает бедра в мои, не дает шевельнуться. У меня такое ощущение что он прямо сейчас сдерет с меня трусики и возьмет, как зверь.
Страшно от такого Лекса. В ту нашу ночь он был другим. Хотя. Я его совсем не знаю. Не имею ни малейшего понятия каким может быть этот мужчина. Я просто ощущаю жестокость в его крови.
— Декан значит… — припечатывает и поднимает меня, спину царапает кладка камней. Захват Ставра болезненный.
Но больше всего задевает, что он не поговорить явился, не спросить, а утверждает. Поэтому я шиплю ему в лицо:
— Пришел одобрить мой выбор, господин Ставров?
Соболиные брови сходятся на переносице.
— С огнем играешь, Алина.
И глаза у него вспыхивают. Он ими прожигает меня насквозь, руки Лекса приходят в движение, зажимают меня слишком откровенно, непозволительно. У меня от такого напора зубы стучат, но обида и упрямство не дают проявить слабость.
— Тебя, кажется, невеста в ресторане ждет!
Выдаю с обидой, а в душе кричу:
— Скажи, что это все неправда, скажи, что я ошиблась, Лекс. Прошу! Пусть это будет ложью!
— Ты с деканом своим?! — кажется, что даже не слышит моих слов, свое гнет, — считай, что с завтрашнего дня он бомж. Лишу всего. Уборщиком работать не сможет. Нигде. Все потеряет. По миру пущу. Каждого. Любого. Отвечай! Легла под этого утырка?!
Я замахиваюсь и бью Ставрова по щеке. Руку обжигает. Больно. Обида гложет. Ударяю в плечо.
Трепыхаюсь. Что есть силы.
— Как ты смеешь?! — воздух жжет.
В глазах презрение, на пополам со льдом. Даже бровью не ведет.
— Права не имеешь. Отчитываться перед тобой не намерена. Ты пропал! Не звонил. Вычеркнул меня из своей жизни, а теперь хочешь ни в чем неповинного человека с работы уволить. За что?!
— Неповинного значит, — вычеленяет из моих слов важное, растягивает губы в усмешке, — за то, что как минимум пасть раззявил не на ту…
Мечусь в лапах зверя.
— Ты сумасшедший. Прекрати!
Пытаюсь выпутаться из сильных рук, избавиться от хватки на своих плечах, но Лекс не отпускает, взмываю вверх, ноги отрываются от земли, заставляет обвить свои мощные ноги, буквально вбивает меня в свое тело. Слишком не равный бой. Я совсем крохотная, миниатюрная на фоне огромного злого мужчины.
— Успокойся, — ловит мое лицо, баюкает в своих пальцах.
