Автор
Жизнь обычной семья становится непредсказуемой, когда начинается тайная одержимость одной из женщин в этом доме. С каждым взрывом ее гнева и стремлений к самовыражению, уютный дом превращается в сцену для настоящих битв между матерью, дочерью и женой.
Целует мою кожу, в глубоком вырезе корсета, вынуждая все тело покрываться мурашками.
Так нельзя, Соня… Нельзя!
— Не надо, — предпринимаю я попытку. Слишком неуверенную, пожалуй.
Упираю руки в его жесткую грудь, вынуждая мужчину отстраниться.
Подчиняется. Заглядывает мне в глаза, которые кажутся одурманенными в свете приборной панели.
— Не бойся, — трепетно проводит шершавыми пальцами по моему лицу. — Я тебе покажу, как тебя любить должны, ангел. Нежно.
Любить? О нет-нет-нет… Речь далеко не о той любви, дуреха!
Ты ведь Гену любишь.
Сердце колотится, как сумасшедшее. Чувствую себя слишком незащищено перед ним. И даже как-то глупо.
Я ведь не могу дать ему то, чего он определенно сейчас хочет. У меня-то и опыта нет, а он вон какой…
Уже когда я почти собрала в кулак всю свою решимость, его голова вдруг скрывается под подолом моей пышной юбки.
Зачем он… В смысле…
О черт!
Тело словно электричеством пробивает, вынуждая непроизвольно выгнуть спину. Вцепляюсь пальцами в края кресла, кажется оставляя царапины на кожаной обивке.
Где-то на задворках сознания еще бьется разумная жилка. Гена. Гена…"
"Помнится, Гена говорил, что подобные ласки унизительны для мужика.
Однако незнакомец сейчас явно не чувствует себя униженным. Наоборот. Он будто полностью владеет ситуацией. И моим телом в том числе. Я бы даже если захотела сейчас не смогла бы вырваться.
Горячие ладони крепко удерживают мои бедра, чтобы я не ерзала.
Стыд острыми спицами колет где-то в районе затылка, тогда как по позвоночнику растекается теплая патока.
Никогда подобного не испытывала.
Он наконец прерывает сладкую пытку, выныривает из-под подола и нависает надо мной, с той же жадностью впиваясь в губы.
— Ты восхитительна, — хрипит он в мой рот.
Я слышу шелест фольги и с удивлением понимаю, что назад дороги нет. Он даже безопасностью озаботился. Мне его не остановить. Да и было бы желание.
Вернее, желание есть.
Хочу узнать, как меня нужно любить…
Соняяя… Позорище.
— Не надо, пожалуйста, — шепчу я в надежде, что хотя бы он найдет в себе силы остановиться. — Я ведь замуж… вышла…
Связки сдавило от стыда.
— Плевать, — подцепляет кончик моего носа, и коротко целует в губы, как и я, задыхаясь от тяжелого дыхания. — Если ты только захочешь… будешь моей. Можешь даже ничего не говорить.
