Хотелось думать, что Рахманов не спишет меня со счетов из-за отсутствия понимания, но достаточно было вспомнить, как та же Ямайка и три рейса с Питера — взбесили его.
Всего один неправильный ответ, а столько обидных слов.
— Мне нужна стажировка, — обреченно согласилась я.
— Не переживай, мы с тобой добьёмся её!
— А почему на открытии детского центра ты сказала, что не будешь помогать мне?
— Лиль, ну ты и вспомнила! — громко фыркнула она. — Марат Ильясович ходил где-то рядом, он мог услышать. Я не хотела подставляться.
— Хорошо, — устало вздохнула я. — Спасибо, Вик. Я очень благодарна, правда.
— Всё, тогда на связи!
Я зашёл в отдел по Карибскому региону, когда почти у всех закончился рабочий день. Зоя Альбертовна надевала куртку, собираясь покинуть офис. Мне не хотелось задерживать её, только уточнить пару моментов.
— Добрый вечер, Марат Ильясович.
— И вам. Как моя студентка? Справляется?
— Пока я не видела её результатов, но все изучает дотошно. Сейчас как раз позову, чтобы собиралась домой.
Я сдвинул брови к переносице.
— А почему она не ушла в четыре?
— Марат Ильясович, она попросила остаться, сказала, что боится не успеть к промежуточной аттестации. Я решила дать ей больше времени. Возможно, практика оказалась тяжелой для Лилии.
— Значит так, — недовольно произнес я. — Только мне решать, может она задерживаться или нет. Если у неё возникнут трудности, сообщайте мне сразу.
— Как прикажите, — в голосе женщины отразилось замешательство. — Если вас не будет на месте, то мне тоже оповестить вас?
— В любом случае. Мой рабочий телефон вы знаете. Желаю хорошего вечера. К Лилии Николаевне я сам подойду.
Её усадили в переговорную. Здесь было просторно, чтобы разложить кипу бумаг и сразу утонуть в них. Она находилась ко мне спиной, ещё не замечая мои осторожные шаги.
Я замер у порога. Одной рукой девушка подпирала щёку, второй делала записи в тетрадь. Периодически её длинные густые волосы падали на стол. Сердитым движением она откидывала их назад и вздыхала. Я вспомнил, что они соблазнительно пахли малиной, и мне сразу захотелось обнять её сзади и коснуться носом этих прекрасных волос.
Меня охватило почти забытое ощущение теплоты в душе. Такое чудесное, разливающееся сладким медом внутри. Его ещё можно было продлить неспешным поцелуем.
Который был мне недоступен.
Так что пришлось сжать волю в кулак и вернуть трезвый разум!
Она вздрогнула, а затем повернулась ко мне.
— Нет… — её взгляд был затуманен изучаемыми данными.
