Но потом она не сможет обвинить, что я напал на растерянную деву. Лилия должна признаться, хоть это и сложно, что её переполняют смелые чувства и она готова раствориться в них.
Девушка опустила ладонь на мою щёку и наклонилась, горячо сказав:
— Не мучай меня. Ты же знаешь, что нужно сделать.
— Если ты не можешь дать четкий ответ, то мы сейчас остановимся.
— Не надо так, прошу…
— А как ты хочешь? Говори или я уйду.
В её глазах загорелась обида вперемешку с гневом. Она прищурилась, пытаясь заставить меня отступить. Я был старше, и меня не трогали столь юные выходки. Однако её неопытность сжимала моё сердце. Почему она такая?
— Марат… — вновь шепнула девушка. — Прошу, я сгораю… Я не знаю, как это прекратить. Ты нужен мне.
— Бейби, чего ты хочешь?
— Пожалуйста… Боже… Поцелуй меня. Я умоляю, я так хочу. Поцелуй…
Вся моя выдержка рассыпалась прахом после её слов. Я привлек девушку к себе и впился в её губы. Плевать, что это неправильно. Я не мог ей отказать. Я слишком сильно этого хотел. Плевать на запреты, сегодня она принадлежала мне. И я подарю ей такую страсть, которую никто и никогда не перебьет. Я стану тем мужчиной, мысли о котором будут возбуждать её ночами.
Мой язык проник в её рот, терзая, развращая и ломая стеснение. Она издала глухой стон и начала пылко отвечать, словно это была её мечта, которая наконец сбылась, и девушка отдалась во власть этих чувств. Я стиснул её в объятья и скользнул ладонями по плечам, спине и упругим ягодицам. Она такая горячая, страстная, моя упрямая отличница.
— Помолчи, — нахально заявила она.
Лилия запустила пальцы в мои волосы и прижала меня теснее, хотя уже было некуда, увлекая в другой неистовый поцелуй. Её груди терлись о мой торс через слои одежды, сводя меня с ума.
Я хотел коснуться их губами, ощутить мягкость, но был не властен над собой, потому что эта опасная змея перехватила лидерство. Она держала меня крепко, а целовала столь требовательно, что мой член возбуждённо пульсировал.
Но когда она стала елозить по нему, будто подстёгивая меня к большему, я оторвался от её восхитительных губ не чтобы закончить это безумие, а чтобы поднять её голову и впиться зубами в её шею. Лилия охнула от мимолетной грубости, а я начал сразу зализывать укус языком.
— Марат… Боже! М-м-м…
— Ты хочешь, чтобы я продолжил?
— Бейби, — я снова втянул в рот её нежную кожу, от чего она вскрикнула. — Не смей приказывать мне!
Я желал отметить её, оставить засосы на её чистой шее.
