Он словно железный – сильнейший из мужчин. Когда меня грубо бросают в машине, начинается невероятная пытка: крики дезориентируют нападающих, но я пытаюсь удержаться и найти хоть какой-то способ защиты. Меня останавливают с жестокостью профессионала, и теперь мне придется бороться за жизнь в этой безжалостной ситуации....
Но ребенок не виноват, и я люблю эту маленькую кокетку, которая зовет меня Дя.
— Привет, моя красавица, — подхватываю ее на руки. Лерка такая хитрая. Истинная женщина с пелёнок. Обнимает меня за шею, целует, а сама смотрит на пакет, из которого я вытащил подарок. — И для тебя у меня тоже кое-что есть.
Лерка любит плюшевые игрушки. Она думает, что они живые. Разговаривает с ними, кормит, обнимает. И я вынимаю из пакета плюшевого зайца в синих шортиках и зайчиху в юбочке и с бантиками на ушках. Племянница довольно щурится, обнимая зайца.
— Ты руки-то мыл, прежде чем трогать мою дочь? — недовольно фыркает Марьяна.
— Мыл, и я, в отличие от тебя, всегда чист. А ты уже не отмоешься. Репутация – вещь такая. Замарал один раз – клеймо на всю жизнь, — огрызаюсь я.
— Арон! — вмешивается братишка. — Это моя жена, имей уважение, — злится Платон, защищая супругу.
— Ну где же я найду уважение? Чего нет, того нет, — развожу руками.
Мы предлагали этому идиоту просто оформить отцовство, без женитьбы. Но нет, назло нам он сломал себе жизнь. Марьяна очень красива, но эта искусственная красота создана путем пластики и силикона.
Марьяна посылает убийственный взгляд, а мне смешно. Платон напрягается, забирая дочь на руки. Мирон лишь качает головой, поскольку во многом со мной солидарен. А вот Милана хмурится. Она не любит таких стычек.
— Так, давайте за стол, все готово, — приглашает нас Милана.
— Мы не здоровались, — усмехаюсь и подставляю Милане щеку.
