Он словно железный – сильнейший из мужчин. Когда меня грубо бросают в машине, начинается невероятная пытка: крики дезориентируют нападающих, но я пытаюсь удержаться и найти хоть какой-то способ защиты. Меня останавливают с жестокостью профессионала, и теперь мне придется бороться за жизнь в этой безжалостной ситуации....
— Мой папа никогда бы не позволил приблизиться ко мне такому человеку! Ты говоришь неправду! — мне плевать на жениха, я уже решила, что мы разойдёмся, но отец так хотел, чтобы я вышла за Вадика замуж. Он знал отца Вадима со времен, когда мы еще не родились.
Арон отрывается от моей шеи и внимательно смотрит в глаза. Не знаю, что он там читает, но, видимо, что-то, что ему не нравится. Перехватывает меня крепче, молча выносит из воды и ставит на землю.
— Одевайся, кошка, — произносит он и начинает натягивать на себя боксеры и джинсы.
— Твой женишок все основательно подчистил. Видимо, для того, чтобы втереться в доверие к Павлову, — цинично ухмыляется, смотря, как я пытаюсь натянуть штаны на мокрое тело. — Хотя все верно: каков Павлов, такие у него и приспешники.
— Что ты имеешь в виду? — дерзко спрашиваю я, начиная злиться. Может, мне показалось, но он только что опустил моего отца и нашу фамилию. Быстро натягиваю футболку, которая тут же промокает, облепляя мокрую грудь.
— Шакалы всегда собирают вокруг себя падаль, — агрессивно сквозь зубы проговаривает он.
Мне кажется, меня окатили ледяной водой, и я, наконец, пришла себя. Рухнула с небес на землю. Нет, на бетон, плашмя и лицом. Больно, отрезвляет. Арон мой похититель и шантажист. У этого мужика окончательно едет крыша. Он псих и преступник, а я, как последняя шлюха, отдаюсь ему и плыву. Он ненавидит моего отца и нашу фамилию, стало быть, вместе с ним меня и всю нашу семью.
Противно.
Противно от себя.
Как я могла так опуститься?
— Да пошел ты на хрен! Псих! Я выйду замуж за кого хочу, не тебе решать! — со злости кидаю ему. Не знаю, зачем я это делаю. Замуж точно не собираюсь. Тем более после того, как переспала с другим мужчиной, но мне почему-то хочется таким образом плюнуть этому мерзавцу в ответ.
— Совет да любовь, кошка, — усмехается и насмешливо склоняется в реверансе, предлагая мне идти вперед.
Гад!
Сволочь!
Подонок!
Ненавижу!
Мой отец сотрет его в порошок!
Прохожу в дом и тут же поднимаюсь наверх. Не хочу больше его видеть, не хочу чувствовать его липкие прикосновения, которые не смываются с меня, не хочу чувствовать даже его запах.
Я домой хочу!
Жить своей жизнью и вообще не знать этого мужчину.
— Не хочу! — в отчаянии бью в дверь. Больно. Отбиваю ладонь. Но еще больнее осознавать реальность.
