Автор
В атмосфере студенческого общежития скрываются опасности: где-то рядом прячется загадочная студентка. Но никто не знает, кто она и какова ее связь с заведомо неподходящим для коллектива "менеджментом". Серафима, молча красящая губы в облегающих брюках, вызывает шок среди друзей и ставит под вопрос все понятия о том, что такое место....
Она такая красивая, грудь торчит, глаза прикрыты, запрокидывает голову, сдерживает стоны. Сжимает меня изнутри, и я кончаю через три минуты, ловя оргазм моей малышки на члене.
Член пульсирует, сперма вырывается толчками, а Маша сжимает меня сильнее, выдаивая собой, опустошая мои яйца. Падает мне на грудь, тяжело дышит, я прикрываю нас одеялом. Моя невероятная, любимая девочка, сдохну ради нее.
— Маня.
— Да.
— Посмотри на меня.
Поднимает голову, в глазах туман, на щеках румянец.
— Помнишь, как ты хамила мне летом?
— Конечно, какой-то бородатый мужик решил указывать, что мне делать.
— На тебе был такой развратный купальник.
— Ты так его и не вернул.
— А потом купалась ночью.
— И ты меня спас.
— И я в тебя влюбился.
— Правда?
— Чистая.
Маша прижимается крепче, целует в щеку, ерзает попкой.
— А сейчас люблю еще сильнее мою малышку. Не знаю, как буду жить без тебя.
— Ты собрался умирать? Я не разрешаю.
— Я собрался брать тебя в жены.
Снова смотрит в глаза, удивлена, молчит, прикусывая губу.
— Мария Владимировна, вы согласны стать моей женой?
— Так вы, Денис Олегович, женаты.
— Уже нет. Так что?
— Скажи еще, что любишь.
— Люблю тебя, моя девочка, очень люблю, безумно люблю."
"Ее волосы окутывают нас, Маша сама целует, долго, медленно лаская мои губы.
— Люблю тебя. Я тебя люблю.
— А в жены пойдешь?
— Пойду.
Эпилог Маша
— Иди ко мне, моя сладкая бусинка, моя такая вкусная пухлая булочка.
— Маша, она сейчас замарает свадебное платье, эта пухлая булочка только поела и выпила из меня все молоко.
Девочку назвали в честь мамы — Ульяна, теперь у сурового и грозного олигарха Владимира Дымова три любимых девочки. Надо будет родить ему наследника, кто-то должен все сделать правильно, если на Дашку и Вершинина надежды никакой.
— Ой, к черту платье, когда такая красотка рядом, к тому же Денис скажет, что его все равно придется снимать, он не любитель всего этого нижнего белья и красивых тряпок на мне.
Беру на руки свою племянницу, пухлые щечки, она причмокивает губками, куксится, вот-вот заплачет, но даже такая безумно красивая.
— Вершинин вообще собирается мне отдавать свой почти новенький Х6, я выиграла честно, родилась девочка. Да, моя милая сладкая карамелька? Папка проиграл тачку, так пусть отдаст ее честно, иначе приду и заберу сама.
Улыбаюсь, все еще глядя на племянницу.
— Ты должна думать сейчас не об этом.
